Боевая невеста мага (СИ)

Глупая, она сама себя приговорила. Нельзя давать кровавую клятву, - шипел старик, - они всегда должны быть исполнены, каким угодно способом, даже тем, которой носителю совсем не понравится. Теперь зарок выполнен. Не вини себя, не ты выгнала её из своего тела, она тебя заставила прийти в своё. Живи так, чтобы было не стыдно, что ты получила второй шанс.

Голос его звучал всё тише и тише, будто последние силы покинули шамана во время объяснения.

- Нам пора оставить старого Алуна, и дать его телу и душе отдых, - вдруг произнёс Касил-трок, поднимаясь со шкур. - Пойдёмте к моему шатру, поговорим немного.

Мы все отправились к его месту обитания. Криспин взял меня за руку, я ему была благодарна, так как ладони были просто ледяными, никак не могла согреться. Это ледяные щупальца страха не давали мне прийти в себя. Что же теперь со мной будет после таких откровений?

Глава.26

Криспин

Лиса опять упала в обморок – это стало нехорошей привычкой, которая меня точно пугала. Что с ней происходит? Смогу ли я когда-то узнать или понять её до конца? Воспоминания так пугают девушку, что она теряет сознание. Она что-то скрывает, но что? Я давно понял: испуг не мог появиться на пустом месте.

Этот старый Алун велел отнести мне её в шатер, и я сделал это с превеликим удовольствием. Тело девушки опять был ледяным, такое ощущение, что согревалась она крайне редко, и меня это расстраивало. Она и так худенькая как тростинка, вечно переживает и мёрзнет. Слёзы на глаза наворачиваются, когда смотрю на неё. Тоненькие косточки выпирали из-под кожи. Её ещё кормить и кормить. Она и в этот раз над едой зависла, всё о чём-то думала и думала, держа еду в руках. Где же при таком рационе наберёшь массу?"

"Я бережно уложил её на шкуры, костёр почти погас, но я не решился просить дрова. Мы и так тут на птичьих правах, всё вокруг непонятно. Просто собрал свободные шкуры и сложил их одну на другую, в том месте, где был сложен валежник. Если правильно понял, то это и есть их кровать. Сделал такое неприхотливое «гнездо», положил Лису в него, прикрыв свободной шкурой, а сам вернулся к вождю.

Возможно, они прояснят каким-то образом сложившуюся ситуацию. Сидели ещё с полчаса, когда я, наконец, услышал шаги Лисы, лёгкие и почти невесомые, но я будто чувствовал её взгляд.

Представители племени не произнесли ни слова. Мы сидели в абсолютной тишине, только звуки членов племени разбавляли её: смеялись дети, шептали женщины, ржали лошади.

Никто не торопился просветить меня, что здесь происходит. Когда Алиса подошла, я помог ей сесть, так как она была очень бледна, казалось, что силы её сейчас покинут.

А дальше началось странное: вождь всё так же молчал, зато старый Алун разговорился, и говорил он столь странные вещи, что я дышал едва-едва.