Боевая практика книгоходцев

Сам господин Гринг кашлял где-то в глубине комнаты, и подниматься с пола, пока нам не дадут команду, лично я боялась. Мало ли, вдруг сейчас прилетит вторая волна. Откуда же нам знать, что именно взорвалось.

Наконец, дым рассеялся, хозяин кабинета встал, невозмутимо отряхнулся и уставился на нас так, словно только что увидел.

— Ага! — воскликнул он, рассмотрев наши распластавшиеся тела. — Шурхи! Вставайте.

Я вопросительно глянула в глаза Рида, который так и лежал на полу рядом со мной, а моя рука придерживала его за макушку.

— Вставайте, вставайте. Теперь можно, — дернулся дворецкий, выскользнул из-под моей ладошки и взлетел.

Я поднялась, отряхнулась и стала слушать, что Карел говорит хозяину дома. Он сообщил, кто мы такие, откуда взялись и зачем, и вынул из сумки бумаги. Пока напарник все излагал, я рассматривала нашего руководителя. Нестарый еще мужчина, на вид лет сорока с небольшим. Высокий, худой, жилистый и сутулый. С встрепанными густыми каштановыми волосами, которые не мешало бы постричь. Он явно не утруждал себя походами к парикмахеру. Вокруг глаз морщинки, щеки впалые с двумя глубокими складками от носа к губам. Ему бы еще очки на нос, и получился бы типичный безумный ученый из какого-нибудь фильма. Он даже одет был подходяще: черные брюки, мягкие домашние туфли, белая рубашка, а поверх — серый халат с пятнами неизвестного происхождения и прожженными дырками. Точнее, здесь это одеяние называли мантиями, но, в сущности, халат и халат.

— Ага! — снова воскликнул господин Гринг, когда Карел закончил свою речь. — Вы вовремя!

Рядом со мной тяжело вздохнул Рид, и я сразу напряглась. Это для чего мы вовремя? Не нравится мне такое вступление.

— Простите? — осторожно уточнил Карел.

— Да! — Гринг сорвался с места и сделал несколько шагов по кабинету туда-обратно. — Да!

Напарник обернулся и поднял брови, глядя мне в глаза. Я пожала плечами и перевела взгляд на мага, который, кажется, забыл про нас. Он взял с пола свиток, развернул его и принялся читать.

— Господин Гринг, — позвала я.

— А? — встрепенулся он. — Ах да! Шурхи! Зовите меня просто Марвел. Никаких «господинов Грингов». Комнаты себе выбирайте сами, некогда мне вас заселять.

— Любые? — уточнила я.

— Ну, конечно, любые! — отмахнулся мужчина. — Я же сказал.

— А что потом?

— Что потом? — озадачился Гринг. — Что потом… Спите, ешьте.

— Господин, вынужден напомнить, что есть у нас нечего. Госпожа Ларисса придет только вечером, — вмешался Рид.

— Совсем нечего? — так искренне удивился Марвел, что я чуть не прыснула от смеха.

— Совсем! — подтвердил худшее дворецкий. — Остался только живой октоног в аквариуме.

— Ага! — обрадовался ученый. — Вот, значит, эта девушка и приготовит нам октонога.

— Я?! — ужаснулась «эта девушка».