Боги, пиво и дурак. Том 7

 — Я, знаете ли, в своей жизни видела не так уж много красивых полуобнаженных мужчин. Повернитесь спиной? Вот так. Когда мой супруг принял решение объявить покровителем королевской семьи христианскую религию, он потребовал, чтобы я избавилась от всех предметов, связанных с иными культами. Но этой Деметрой меня благословила на брак моя мать. Поэтому я смогла убедить его оставить мне статуэтку. При этом он даже не знал, что внутри хранится благословение моего отца…

По комнате распространился приторно-сладкий цветочный запах.

Легкие женские пальчики, покрытые маслянистой субстанцией из флакона, коснулись моего ожога, и я едва сдержался, чтобы самым позорным образом не взвыть в голос.

Но уже через пару секунд болезненные ощущения начали заметно ослабевать.

—… А любимым покровителем моего отца всегда был Асклепий, — продолжала рассказывать королева, обрабатывая мне рану. — Так что в качестве благословения он передал мне столетний бальзам, заговоренный в храме пяти врачевателей на исцеление пяти страстей — колотых ран, укуса стрелы, мечом рассечений, обморожений и огненных к телу прикосновений…

Жжение и правда отпустило. Осталось только легкое ощущение стянутости, как будто немного переборщил с загаром.

А королева с самым сосредоточенным видом принялась обрабатывать мне плечо."

"— Его, к сожалению, очень мало. Но работает безотказно — тайком от короля я его все-таки один раз испробовала на сыне. Когда он порезал себе лицо ножом для бумаг. Мне не хотелось, чтобы на его прекрасном личике остался шрам. Так что могу вас уверить — завтра на месте ваших ран останется лишь незаметный розовый след.

Закончив, она крепко закрутила флакон и протянула его мне.

— Возьмите. Пусть останется у вас. Надеюсь, не пригодится. Но, к сожалению, уверена, будет не так.

Я взял снадобье.

— Спасибо. Но, признаться, я теперь вообще ничего не понимаю. Вы же сказали, что я — прокаженный, распространяющий вокруг себя заразу. А теперь — снадобье?..

— Верно, — кивнула она. — Но избавиться от Джасуры под силу лишь призвавшему его. И только вы способны стать лекарством от того, чему сами же стали причиной. А теперь одевайтесь и уходите, вас ждет его высочество.

— Нет, — возразил я. — Мне вас доверили, и я не оставлю королеву одну и без защиты.

— Что ж, как угодно, — вздохнула она. — Тогда покиньте комнаты и ожидайте снаружи.

Я не возражал.

Боль от ран не отвлекала меня, так что я в полной мере смог оценить свою живость. И пока стоял там под дверью, невольно вспоминал легкие прикосновения женских рук к своему телу.

А заодно вспомнить, как давно у меня не было женщины.

И вроде проблема-то плевая — только подмигни на любом постоялом дворе.