Боги, пиво и дурак. Том 7

Он все еще надеялся что-то сказать, но кувшины и маленькие чашки размером со стопку уже поспешно выставлялись на стол, Дионис активно разгонял по все еще слегка заторможенной компании радостное настроение, а Афродита, нетвердым шагом направившись к Аресу, принялась отнимать у того щит и копье.

Я вздохнул.

Что ж, возможно, мое самолюбие сегодня будет ранено во все уязвимые места, но по крайней мере одежда должна остаться целой. Да и шкура — тоже.

Взглянув на меня испепеляющим взглядом, Арес поймал за руку Ли и что-то шепнул ей на ухо.

Та лукаво улыбнулась.

И налила нам обоим до краев прозрачной жидкости из кувшина.

Арес фыркнул.

— Вода? Мы что, будем пить воду?.. Смертный что, будет соревноваться со мной в крепости мочевого пузыря?

— И в этом тоже, — ничуть не смутился я. — Вот только вода эта не простая, а огненная.

Арес снова фыркнул — на этот раз выразительно и долго, как полковая лошадь. И одним махом опрокинул в себя водку.

С непривычки и от неожиданности он едва не подавился. Аресу перехватило дыхание, на глазах выступили слезы.

Шумно втянув в себя воздух в качестве закуски, он сдавленно просипел:

— Это что за пойло? Моча дракона?

Я, покосившись на него, спокойно опрокинул стопарь и, усмехнувшись, спросил:

— Что, уже готов сдаться?

Арес изрыгнул какое-то неразборчивое древнегреческое ругательство и красноречиво стукнул своей чашкой по столу.

Потом мы выпили еще. И еще. И еще.

Дальше все перед глазами поплыло и поехало. Вокруг меня мелькали какие-то силуэты, смеющиеся лица, а чашка все наполнялась и наполнялась.

Меня штормило, но я продолжал храбро держаться на ногах и заливать в себя мочу дракона снова и снова.

Лицо Ареса растекалось перед моими глазами. И я уже не знал, то ли его в самом деле так перекосило, и он придерживается за стол то одной рукой, то другой. То ли это в моем сознании так комнату колбасит.

«Да-ня! Да-ня! Да-ня!» — смутно слышал я голоса болельщиков. Эти возгласы сталкивались в моей голове с речевками в поддержку Ареса и начинали сражаться внутри, вызывая головокружение и тошноту.

«Ля-ля-ля, Даня-Даня — обормот, к нам приехал вертолет!» — пел в моей голове полубезумный детский голосок. «Бедный Даня — удалец, утром ждет тебя звездец!» — спорил с ним хохочущий женский голос, чем-то похожий на Ли.

Следом за ними медленно оживали шепот Арахны, бормотание Эреба и еще десяток голосов живущих во мне божественных энергий, и все они хором и наперебой издевались надо мной.

А потом вдруг в таверне стало тише, и я перед собой увидел возмущенное лицо Стефании.

— Что здесь происходит? На ваш шум жалуется целая улица!..

Не помню, что ей ответили. Но ее лицо вдруг стало испуганным, а потом — мертвенно бледным.