Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

— А у нас будет какой-то совет?

— В шесть вечера. И ты вроде как приглашен.

— А-ааа, — протянул я, соображая. Так вот почему Альба просил меня прийти к определенному часу!

Я опрокинул в себя коньяк. На пустой желудок он показался резковатым, так что я невольно содрогнулся и поморщился.

— Пойдем поедим? — предложил я, чувствуя, как хмельная жидкость обволакивает сознание. — На премиальные деньги.

Так мы втроем перебрались из комнаты в харчевню, где и позавтракали. Или пообедали. В любом случае, еда была вкусной, компания после коньячка тоже стала вполне улыбчивой и настроенной на дружественный лад.

Короче, я оставил девчонок в харчевне поедать пирожные абсолютно без опасений, что кого-нибудь потом не досчитаюсь. И отправился на поиски приличной одежды."

"Полуденное солнце щедро заливало город своим ослепительным сиянием. Блестели крыши, железные цепи над вывесками, горбушки булыжников и кудри по-летнему прихорошившихся девушек. Запах свежего ржаного хлеба уютным облаком ползло из пекарни по улице.

Я отыскал для себя приличный комплект одежды — крепкие штаны, рубашку безо всяких излишеств и кружевных оборок, тонкие сапоги и легкую куртку а-ля Нергал. Потом зашел к цирюльнику, где меня постригли и побрили по высшему разряду, надушив напоследок каким-то ядреным лосьоном, от которого местная болонка трижды чихнула и ушла во двор.

Вот такой весь чистый и благоухающий назло всем собакам я вышел на улицу.

И обратил внимание на карету с опущенными занавесками на окошках, стоявшую на другой стороне улицы.

Уж больно странное место выбрал возница, чтобы остановиться — аккурат между гончарной лавкой и магазинчиком овощей.

Люди, разъезжающие в каретах, по таким местам не ходят. У них для этого слуги имеются.

Стоило только мне спуститься с крыльца и направиться вдоль по улице, как сонный возница встрепенулся, щелкнул поводьями, и карета потащилась по мостовой, неторопливо нагоняя меня.

Наконец, мы поравнялись, и рука в белой перчатке отодвинула опущенную занавеску.

— Даниил, друг мой! — услышал я знакомый голос барона.

Карета остановилась. Дверца открылась сама собой, и я увидел сидящего на бархатных подушках Самеди — как всегда, в безукоризненном черном костюме, цилиндре и сигарой в белоснежных зубах.

— Куда бы вы не направлялись, позвольте вас подвезти, — сказал он, мигнув в мою сторону огоньками глаз.

Я хмыкнул.

Вечно он путается с личными местоимениями. То на «ты», то на «вы».

— Буду рад вашей компании, — в тон ему ответил я, забираясь в карету.

Дверца захлопнулась точно так же, как и открылась — безо всякой посторонней помощи. Лошади расслабленной трусцой двинулись дальше.

— Ну и зачем я вам понадобился? — в лоб спросил я.

Самеди сделал небрежный жест рукой.

— Да, собственно, ничего такого.