Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Спасти наследного принца и вернуть магистра. Опять же, кентаврих раздать в добрые руки.

Я покосился на Альбу, застывшего перед окном в позе Наполеона, и понял, что спрашивать его об этом сейчас как-то слишком уж неловко.

А потом в зал потянулись наши — всем табором, но с серьезными и непривычно благопристойными лицами. И каждое из этих лиц приветливо мне улыбнулось или многозначительно подмигнуло, пока все рассаживались вокруг стола. Друзья выглядели возбужденными и радостными. Кроме Майки. Вероятно, она как-то иначе представляла себе возвращение магистра с женой, и теперь казалась бледной тенью самой себя.

Ну ничего. Иногда горькая правда лучше безнадежных иллюзий.

И тут я с удивлением увидел среди наших бойцов Нику.

Она была одета в свой черный костюм, у пояса висел длинный нож, а пышные волосы стягивала на затылке широкая красная лента.

— Привет! — полушепотом сказал мне Эрик, блеснув единственным открытым глазом. — С возвращением.

Я с улыбкой кивнул и выразительно посмотрел на Нику, которая, скромно потупив взгляд, присела на свободное место по другую сторону стола.

— И давно это она?.. — спросил я.

— С того самого дня, как во время ночного перехода сумела защитить Кассандру и саму себя от звериной нежити, — отозвался Эрик. — Азра сам вручил ей этот нож и сказал, что раз она умеет обращаться с оружием, то пусть всегда держит его при себе.

Я вздохнул.

— Да уж. Отчаянные времена требуют отчаянных мер…"

"В этот момент Ника, почувствовав мой взгляд, подняла голову и тут же опять ее опустила, будто стесняясь своего присутствия здесь.

Последними в зал вошли боги: Та’ки, Янус, Фортуна и Фемида с Деметрой. Причем Фортуна явилась в ярко-оранжевом платье с разрезом впереди по самое небалуйся, Фемида — в традиционном белом одеянии и мечом на плече, а моя Демка — все в тех же шортах и майке.

При виде их Альба заметно напрягся.

— Я полагал, что переговоры с бессмертными назначены на другое время, и проходить они будут в другом месте.

— Расслабьтесь, ваше величество, — с грубоватой, но дружелюбной вальяжностью отозвался Янус. — Те, кого вы сейчас видите, пришли сюда не в качестве бессмертных, а как друзья.

Альба на несколько мгновений замер, пытаясь принять непростое для себя решение. Его величество явно относился к божественным сущностям с недоверием. Но потом все-таки кивнул, выражая свое согласие.

Богини направились к столу. Мужики сразу зашуршали, изображая галантных кавалеров и уступая дамам место. Та’ки по своему обыкновению плюхнулся на мохнатую задницу прямо посреди зала. А Янус прошел вдоль устроившихся на своих местах парней, по пути хлопнул меня по плечу и завалился на свободный стул рядом.

— Ну ты как? — спросил он. — Перелетную птицу больше изображать не приходилось?

Я усмехнулся.