Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

А через несколько секунд я услышал зов о помощи. — Даня, а как этим пользоваться?.."

"Несколько минут я объяснял Демке принцип работы душевой кабины, туалета и раковины с сенсорными наворотами. Показал, как жидкое мыло самое наливается в протянутые ладони, как сама по себе включается вода.

Воспользовавшись душем, Деметра вышла в одном полотенце. И вдруг произнесла:

— Ты — ленивое чудовище. Знаешь об этом?

Я вопросительно приподнял бровь.

— Я, конечно, чудовище-то ленивое, но интересно, к чему ты это?

— Ты понимаешь, что если бы создал такую ванну или унитаз в нашем мире, то мог бы враз разбогатеть и прославиться?

Я фыркнул.

— Нет уж. Лучше сдохну в безвестности, чем войду в историю как главный унитазатор королевства, — проговорил я. — К тому же, зная себя, могу с полной ответственностью заявить, что каждый второй унитаз моего производства имел бы целый букет незадокументированных способностей. Таких как засасывать клиента в свою черную дыру, убегать при виде спущенных штанов, кусаться, гадить или выть по ночам.

— Но каждый первый бы работал! — уже со смехом заметила Демка.

— Да, — хмуро отозвался я, разглядывая мужской гардероб. — Каждый первый работал бы тихо. И быстро. При необходимости подчищая свидетелей.

А между тем на плечиках в шкафу висели черные смокинги. Разных размеров, но при этом совершенно одинакового кроя — с блестящими атласными лацканами, лампасами на брюках, каким-то складчатым кушаком вместо ремня и рубашкой под запонки, которые заботливо поблескивали в небольшой коробочке на столе.

Такое нельзя не прикрыть пиджаком, иначе будешь выглядеть как безумный идальго.

А, и еще туфли. Черные. Глянцевые.

Вот она — сущность всей твоей жизни, Даня. Вечный маневр между популяризацией унитазов и ношением смокинга.

Короче, когда мы вышли из комнаты, то напоминали парочку, сбежавшую со съемок какой-нибудь тошнотворной комедии про богачей. Моя разбитая рожа — и смокинг, ага. Впрочем, Деметра выглядела не менее колоритно со своей полупанковской стрижкой в узком длинном платье и сапогах, которые она не рискнула сменить на предложенные шпильки.

А вот Самеди вышел из своей комнаты, как истинный барон. И галстук-бабочка, который я не стал надевать, и цилиндр — абсолютно все смотрелось на нем, как родное. А в зубах дымила сигара.

— Деревенский шик! — хмыкнул он, увидев нас с Демкой.

— Чем-то не нравятся мои сапоги? — многообещающим тоном осведомилась богиня.

— Ни в коем случае, — поспешил заверить ее Самеди, давая задний ход. — Я сейчас говорю про лицо Даниила. Оно же прекрасно, как распаханное поле весной. Столько жизни и экспрессии во всех этих ссадинах и отеках! И вы в своих сапогах просто изумительно гармоничны рядом с ним.