Боги, пиво и дурак. Том 8 (СИ)

Фемида деловито прислонила свой меч к стене, как домохозяйка — швабру, и мы дружно растеклись по диванам.

Верный помощник Бельского принялся шуршать пальцами по клавиатуре.

Тут очнулся Лёха.

Его глазницы засветились красным, и он с вальяжной хрипотцой проговорил:

— Ну что-с, полупокойницу-то оживили? А то я могу помочь…

Тут он запнулся, встретившись взглядом с Фемидой.

Нечаянно задетый моей рукой меч с лязгом брякнулся на пол.

— … наверное… — уже не так бойко промямлил некромант и замигал глазами, как лампочка с плохим контактом. — Это… здрассьте… — почти шепотом пробормотал он.

— Как видишь, без тебя справились, — с улыбкой покосилась на Лёху Деметра.

Фемида с интересом придвинулась ко мне и пристальным взглядом посмотрела на Лёху.

— Однако, — проговорила она.

— Я… ваше благородие… высочество… того этого… — невнятно забормотал Лёха, как пьяница на исповеди. — Не карайте, Христа ради… Тьфу, вы ж язычница… — и тут же испугался. — Простите, обидеть не хотел!..

Фемида рассмеялась и поправила малыша на коленях.

— Да полно тебе. За что тебя карать-то? За все свои деяния ты сполна получил. Жизнь потерял, тело потерял, один только череп да душа, привязанная к нему, остались. Да и потом, где ты видел, чтобы правосудие мертвецов призывало к ответу? Я не могильщик, на кладбищах не работаю.

И она принялась покачивать кроху-Бельского, мурлыкая под нос что-то нежное и женское.

— Слава богу, — облегченно вздохнул Лёха.

А Деметра тихо, чтобы не потревожить начинавшего засыпать ребенка, спросила:

— Как ты здесь оказалась, можешь рассказать? Кто это сделал с тобой? Зевс?..

Фемида удивленно посмотрела на Деметру:

— Зёва? Да нет, это вряд ли. Зачем ему? Разошлись мы мирно, просто надоели друг другу как супруги. Да, у нас были разногласия касательно некоторых моих рабочих моментов, но такое случалось и раньше. Не стану лукавить, меня очень задело решение Совета об ограничении моих полномочий миром людей и лишении прежнего статуса. Но я была уверена, что в скором времени Олимп осознает свою ошибку. А потом… Я просто однажды уснула и очнулась уже здесь.

Деметра нахмурилась.

— Вот, значит, как. Интересно. И у тебя нет никаких мыслей по поводу того, кто мог так надругаться над тобой?

— Нет. Меня никогда особо не любили, но и ссориться опасались. Поэтому мне сложно кого-нибудь подозревать. А мы скоро отправимся назад?..

— Сразу после того, как найдем Фортуну и Сета, — сказал я.

Фемида вздохнула.

— Их тоже вероломно выслали? Как меня?

— Нет. Их осудил Совет, — не стал я скрывать правды.

— А. Понятно… — и с легкой, полупрозрачной улыбкой на губах Фемида проговорила: — Признаться, я не удивлена. Каждый из них от природы склонен к нарушению закона.

Теперь следом за Деметрой нахмурился и я.