Бой тигров в долине. Том 1

Борис устроился рядом с ней на переднем сиденье, а Ленар сел сзади.

По дороге он ничего не спрашивал, ему все было ясно: выжившие из ума старики, которые везут его к какой-то дуре, а он – безмозглый идиот, который не умеет сказать «нет» и найти правильные слова, чтобы обосновать свой отказ. Он настолько слаб, что даже не может сказать «нет» без объяснения причин. Он бесхребетный, глупый и недостоин уважения. Вместо того чтобы оказывать Наташе реальную помощь и биться за ее освобождение, он едет черт-те куда черт-те с кем и непонятно зачем.

Выехали за МКАД, и Ленар подумал, что эта ученица вообще не москвичка, живет в какой-то дыре.

Дыра, однако, оказалась хорошо охраняемым поселком, застроенным дорогими красивыми домами. Марго притормозила возле высоких кованых ворот, позвонила по мобильнику, и ворота плавно открылись. Они въехали на участок, и Марго аккуратно поставила машину между двумя высоченными соснами. «Ювелирная работа», – с невольным одобрением подумал Ленар. А на крыльцо уже вышла хозяйка дома, та самая Нонна. Ученица. Соплюшка.

Она была высокой, полной и очень немолодой. Но больше всего Ленара поразило то, как она выглядела: в длинном пестром платье-балахоне, с распущенными длинными седыми волосами, на шее, руках и даже щиколотках – множество украшений.

И самое невероятное: в этот морозный январский день она стояла на каменном заснеженном крыльце босиком. От одного взгляда на ее босые ступни Ленара пробил озноб. А странная Нонна стояла совершенно спокойно, даже не ежилась и с улыбкой смотрела на приближающихся гостей. Она расцеловала Марго, протянула руку сначала Борису, потом Ленару и представилась:

– Нонна Станиславовна. Прошу в дом, чай вас ждет.

В таких домах Ленару доводилось бывать только в Казани, когда родители брали его с собой в гости к своим высокопоставленным друзьям. Здесь, в Москве, круг его общения был куда проще. Они уселись на мягкий угловой диван вокруг большого, но очень низкого стола, и Нонна Станиславовна приступила к церемонии. Это была именно церемония, поскольку хозяйка поставила на деревянный поднос глиняную лягушку и, прежде чем разливать чай в крохотные пиалушки, полила из чайника ей спинку. Ленар решил, что оказался в сумасшедшем доме.

Да-да, именно, он вспомнил, что читал когда-то: сумасшествие частенько проявляется и в том, что человек, во-первых, не чувствует холода, а во-вторых, совершает понятные только ему одному ритуальные действия. Полный дурдом на колесах!

– Поливать лягушку чаем – это своего рода жертвоприношение, – стала объяснять ему Нонна Станиславовна, видимо заметив, как изменилось его лицо. – Лягушке отдается первый глоток чая, самый ароматный, чтобы боги были милостивы и послали здоровье и благополучие. Это восточный обычай.