Агония

— Да!

— Затестить решила на терпение? Так у меня его, знаешь, сколько?

— Сколько?

— Кончилось уже. — Приподнял ее и усадил на себя. Сдернул кофту, оставив руки в рукавах. Обхватил за плечи и, притиснув к себе всем телом, влажно поцеловал в шею.

— Все для Кисы, а сам — «смерть как хочу» — и прешь! Я, может, хочу повстречаться, пообщаться, узнать тебя поближе… а потом уже… заниматься любовью…

— Ой, Киса, как ты красиво говоришь, я так не умею.

— Хочешь, я тебе грудь покажу? Только отвали.

— Хочу, — уверенно кивнул, ослабив объятия, и Регина отпрянула от него.

— Руками не трогать! — Отбросила кофточку и сняла майку. — На!

— П*здец вишневый, Реня, ты чё творишь… я думал, ты пошутила…

— Какие тут шутки! Все? Успокоился? — Молниеносно отскочила от дивана и, пошатнувшись от легкого головокружения, дрожащими руками вывернула майку на лицевую сторону.

— Да, Реня, умеешь ты успокоительное прописать, рецептиком только ошиблась, я теперь ни есть, ни спать не смогу. Как это не трогать? Хоть сосочки поцеловать… — потянулся к ней и тут же получил майкой по плечу.

— Вадим! Иди домой, правда! Потом поговорим! И все остальное тоже — потом! Протрезвей! — прикрыла грудь.

— Какая ты злая, Реня. Тебе точно надо скалку.

— У меня есть, я сейчас достану.

— Ну и пойду, — со вздохом поднялся и пошел в прихожую, — к какой-нибудь доброй девочке.

— Иди. Там тебе точно дадут титьки потрогать.

— Дадут. И не только. И залюбят до смерти.

— Только попробуй! — крикнула, натягивая топ. — Ты слышишь?

Шамрай молча попинал свои мокасины, переворачивая их на подошву, и обулся.

— Ты слышишь? Только попробуй! Домой иди! Понял? Пойдешь к какой-нибудь доброй девочке, у меня можешь не появляться! Предупреждаю, на порог не пущу! Понял?

— Понял, — послушно кивнул. — Все, как ты хочешь, Киса, — сгреб ее в объятия и жадно поцеловал. — С завтрашнего дня начну тебя профессионально выгуливать. Не рычи! Не рычи на меня, сказал! — прикрикнул и, скользнув руками под одежду, сжал ее голые ягодицы.

— Угу, грудь не дали потрогать, так хоть задницу полапаю, — проворчала Регина, не особенно возмущаясь, потому что бесполезно.

— Кис-кис, как я хочу твою задницу, — со стоном дохнул ей в ухо, — ну когда-же скажи-же.

— Завтра скажу.

— Да?

— Да. Иди домой.

— Пошел.

Отпустив ее, Вадим вышел на площадку. Заперев за ним дверь, Регина выключила свет в прихожей и зашла в ванную. В самые жаркие часы, Влад не вызывал в ее теле таких ощущений. Плевать, что Шамрай был пьян, — вся после него дрожала. От него. В пору ледяной душ принимать.

Так она и сделала: сбросив одежду, несколько минут простояла под прохладной водой. Потом, зачем-то надев пижаму, залезла в постель и в скомканном одеяле нашла сотовый Шамрая.