Больше, чем страсть

А мужик как клещами надавил ему пальцами на локоть, не давая руке пошевелиться, наклонился и с заметно усилившимся акцентом прошипел:

– Нэ надо тэбе никуда звоныть.

Казарин рванул из его захвата локоть, делая резкий шаг в сторону, во время движения успев просканировать пространство взглядом и заметить, как к ним из толпы ринулось трое кавказцев. Он отскочил еще на один большой шаг и прокричал:

– Милиция!!! Охрана!!!

После чего пропустил удар в солнечное сплетение. И тут уж начался сплошной балаган – сдаваться просто так, как заяц в силки, Даниил не собирался и, откинув сумку в сторону, принялся отбиваться – годы занятий айкидо многие навыки прививают и доводят до рефлексов. Но кавказцев было четверо, и это оказались очень злые кавказцы.

Даниил продержался минут десять, но, получив удар сзади по голове, отключился. И очнулся, придя в сознание от падения на пол какого-то фургона, куда его швырнули с особым удовольствием.

Дверцы захлопнулись, мотор взревел, машина рванулась с места, а Казарина принялись методично и жестоко избивать. Его спасло то, что развернуться парням было негде – ограниченное пространство фургона не давало возможности размахнуться во всю ширь, да и качало от движения автомобиля. Но били его профессионалы, так что во второй по счету отключке он провалялся неизвестно сколько.

Очнувшись, Даниил почувствовал запах собственной крови и мощную волну опасности. И затаился, стараясь сообразить, что творится.

А ничего не творилось – он лежал, машина двигалась, бравые кавказские джигиты о чем-то лениво переговаривались. Тело болело, причем все! И Казарин принялся проводить диагностику организма, начиная от головы."

"Так – затылок сзади: скорее всего шишка и рассечена кожа, сотрясение есть, голова гудит и кружится. Так, дальше: бровь разбита, из носа кровь, левый глаз не открывается, но вроде цел, зубы на месте – за что отдельное спасибо. Дальше – ребра – он осторожно покрутился, подлаживаясь под ход автомобиля – пожалуй, парочка треснула. Ливер болит весь, но вроде острой нехорошей боли, говорящей о кровотечении или серьезном повреждении внутренних органов, не чувствуется. Так, руки-ноги – пошевелил – болят, но вообще-то фигня – синяки верняк, может, трещины есть, но без переломов. В общем и целом диагноз неплохой – более жив, чем мертв.

Да, спасибо, что негде братьям горцам развернуться было. А дотерпеть, отъехать в безопасное место и вытащить его на просторную площадку да оторваться по полной от души, это не в кавказском характере, требующем немедленного возмездия. Намахались в неудобстве, вспотели-устали да подостыли джигиты.

И Казарин начал внимательно прислушиваться к разговору горячих парней.

Ехали они долго.