Больше, чем страсть

Клавочка взмолилась батюшке, прося дозволить ей посещать «Курсы гибкости тела и гимнастических упражнений» мсье Грандона. Родители посовещались, вздохнули тягостно такой стыдобе, но единственной доченьке отказывать не стали – пусть себе ребенок тешится.

Девочка усердно занималась, мсье Грандон всячески превозносил ее способности, и через год она стала посещать еще и танцы мадам Люсьен. Надо сказать, что одарена Клавочка была от природы исключительно и обладала невероятной растяжкой и гибкостью, к тому же имела дарование добиваться поставленной цели и умела ради этого трудиться с поразительным упорством.

Разумеется, через год она лучше всех выполняла любые упражнения, а в танце и вообще достигла заоблачных высот.

Увы, но городишко, в коем проживала семья Даниных, был настолько затрапезным, что цирки его посещали далеко не каждый сезон, и, так и не дождавшись шапито на следующее лето, через год Клавочка смогла уговорить любезных родителей. Они втроем поехали в губернский городок к дальним родственникам отца, и девочка целых три дня ходила в цирк, который давал там представление.

А еще через два года, когда ей исполнилось четырнадцать лет, большой красивый, яркий цирк заехал и в их город!"

"Понятно, что Клава проводила там все время, перезнакомилась со всеми артистами и сдружилась с молоденькими акробатками, которые пропускали ее посмотреть представление из-за кулис. Однажды, набравшись смелости, девочка во время дневной репетиции подошла к хозяину цирка Казимиру Архарову.

– Возьмите меня к себе в труппу, – дерзко потребовала Клава.

– Что умеешь делать? – посмотрев внимательно на подростка, спросил он.

Девочка показала все гимнастические упражнения, которым научилась у мсье Грандона, и танцы мадам Люсьен. Казимир посмотрел, подозвал рабочего сцены, наказав немедленно привести Трофима Потаповича. Когда упругим стремительным шагом к ним подошел высокий стройный мужчина, хозяин цирка, сказал:

– Посмотри, Трофим. – И кивнул девочке, чтобы она повторила все, что делала до этого.

Клавочка расстаралась еще раз, все поглядывая на выражение лиц смотревших на нее мужчин.

– Ну, что скажешь? – спросил Казимир.

– Ты сам-то разве не видишь? – спросил в ответ мужчина.

И они обменялись многозначительными, понимающими взглядами.

– Вот что, дитя, – Казимир подошел к девочке, положил руку ей на плечо и внимательно посмотрел в глаза, – я тебя возьму, если родители тебя отпустят.

– Они отпустят! – пообещала уверенно Клава.

– Только через мой труп! – заявил папа.