Босая для сурового
Всеволод Арбатов — тот, кто никого не ценит в этой жизни, особенно бездомную зверушку, которой меня считает. Я попала в его жестокие лапы, он использует меня для своих целей, а я… буду стараться не умереть от любви в нему, сжигающей меня живьем.
Машина резко разворачивается, и теперь уже я по доброй воле еду к тому, кто в сердце моем поселился, и кого я до чертиков боюсь.
Одна только мысль о том, что я должна буду стать девушкой Арбатова, пугает меня до дрожи в коленках, однако я не хочу уезжать больше от того, кого кажется, люблю. До невозможности, до нехватки воздуха, притом давно.
Не смогу я уже без него, не сумею. Эта болезнь, от которой лишь он сможет вылечить меня. Если у нас есть хоть один шанс на миллион, я хочу попробовать его использовать.
* * *Когда до дома Арбатова доезжаем, я чувствую, что еще немного, и мое сердце просто выпрыгнет из груди.
Открываю входную дверь, внутрь захожу. Тихо вокруг. Слишком тихо. Сглатываю. Я не пленница вроде уже, однако это жуткое чувство все равно не покидает меня ни на секунду."
"Дико пить хочу. Иду на кухню и набираю себе воды прямо из-под крана, жадно ее глотая. От шороха за спиной чуть ли чашку не роняю прямо на пол.
– Вернулась.
Сжимаю эту чашку до хруста. Прямо за моей спиной стоит Арбатов. Узнаю его голос из тысячи других. Серьезный и строгий как всегда. Хрипотой отдает, но я слышать его все время готова.
Поворачиваюсь и взглядом с мужчиной встречаюсь. Молча киваю. Не знаю, что сказать в ответ. Нет у меня слов, чтобы логически объяснить свой поступок. Я поступила так, как чувствовала. По-другому просто не умею.
– Ты приняла правильное решение, девочка. И можешь так не пугаться. Ты теперь хозяйка тут. Можешь брать что хочешь. Ходить где хочешь.
Киваю снова.
– Всеволод Генрихович, можно я…к себе пойду?
– Нет. Теперь ты будешь спать в моей комнате. И можешь называть меня просто Всеволод. Будет странно, если моя девушка будет звать меня по имени отчеству.
Закусываю губу. Что-то я не ожидала, что все это будет так скоро, но даже не смею перечить. Я уже видела тигра в гневе, и мне этого хватило до донца дней. Второй раз злить я его не собираюсь.
Я словно застыла вся.
– Маша, отмирай уже. Голодная?
– Да. Немного.
– Садись.
Всеволод Ген…Всеволод ставит предо мной тарелку и наваливает туда целую гору разной еды, от которой меня тут же предательски урчит живот. Мужчина лишь усмехается, передавая мне большую чашку горячего чая.

















