Босс. Абсолютная власть

Пожав плечами, я отошла в сторону. Автобус был не так сильно набит, так что дальнейший спектакль будет весь мой.

И действительно, слегка поддатая “бабушка” лет эдак, максимум, сорока, обнаружила, что поручень кто-то чем-то вымазал и держаться за него невозможно. А еще по ногам, несмотря на жару, очень сильно дуло. В общем, минут через пять опять раздались вопли, но я удобно устроилась у окна и таращилась в него. Было грустно от понимания, что таким, как я, место именно в этой скотовозке. А не в роскошном гелендвагене, где пахнет чем-то нереально вкусным. И мои ближайшие планы это наварить кастрюлю жидкого супа, чтобы хватило дня на три, а не смотаться в СПА, чтобы соответствовать машине.

Глава 3

Вячеслав

Толстостенный стакан, янтарный виски, лед и крепкая сигарета. Сигары для понтов тоже есть, но наедине с собой я предпочитаю комфорт пафосу.

Цветы на могиле отца не успели завять, а я уже был вынужден уехать. Завещание не оставило выбора — возглавить первый филиал нашей фирмы или оказаться с голым задом. Готов спорить, это влияние его последней подстилки.

Виски обжег горло, и я скривился. В дрянном городишке все дрянное. В том числе и товары первой необходимости — виски, сигареты и девки. Хотя одна ничего так.

У Виктории аппетитная задница, тонкая талия, чистая кожа… и сиськи, что надо. Большие, так и тянет сжать. Сто пудов, чувствительная девочка, и если стиснуть ее соски — я услышу музыкальный стон."

"У таких на лбу написано: “хорошая девочка”. Такие требуют, чтобы за ними волочились, приносили цветы в зубах, конфетки и дешевое штампованное золотишко из масс-маркета. А я уже далеко не тот наивный дурак и предпочитаю честные отношения: товар-деньги. Однако девку, такую как она, еще надо уламывать, а у меня и так полно хлопот. Хотя… улаживать дела, имея славную девочку в постели, лучше, чем без нее.

В Москве пластиковых кукол с деньгоприемником полно, на разный вкус и цвет, но эта на натуральном выращена. А уж выросло — так выросло, без силикона и филлеров.

Представляя Вику в разных ракурсах, особенно на коленях и с занятым ртом, почувствовал напряжение в паху, но от занятных мыслей отвлек сигнал. Мобильный издал стон подыхающего кита, и я в который раз поклялся сменить звонок.

— Как ты там, мой сладкий? Уже скучаешь?

— Рыдаю, — ответил кто-то моим голосом. — А ты что же, развелась уже?

— Ну, пташка в клювике принесла, — она рассмеялась, — что ты скорбишь по отцу. Знаешь, я могла бы приехать.

— Я не изменился, Карина, — с трудом произнес спокойно. От ее лживой угодливости тошнило.

— Ты очень изменился, — интимно произнесла она, — Славик. Все было честно: товар-деньги. Я не виновата, что ты подключил к нашим отношениям сердце. Это было глупо. Но сейчас тебе по карману оплатить мои чувства и мою верность.