Босс, хочу от тебя ребёнка!

Стоило ли его разубеждать, что всё немного не так? Или нет?.. Я же согласилась мысленно, но не довела до сведения Ника своё согласие. И мне было страшно… Вдруг Ник вчера разозлился и плюнул на свои желания?.. Вдруг это было временной прихотью? А потом авария, удар, провал в памяти и ложные воспоминания!..

Глава 34. Евгения"

"Первый день я провела в больнице, слоняясь по больничным коридорам. Я переживала за Ника, пусть он и выглядел здоровым. Только огромная шишка с правой стороны головы и несколько царапин говорили о том, что он побывал в автомобильной аварии. Из здания больницы меня выпинывали едва ли не силой. Второй день прошёл почти точно так же. Я так сильно переживала, что не могла съесть ни кусочка за эти двое суток. А ещё меня удивляло деланное равнодушие лечащего врача. И он не показывал мне ни снимков, ни плана лечения Никиты. Как будто всё само должно пройти!.. Не нравился мне этот больничный хлыщ, одним словом.

— Ох, опять вы здесь дежурите! — Андрей Викторович сжал мои ладони в своих и повёл прочь из коридора.

— Не стоит так долго находиться в больничных стенах. Заразитесь унынием! — весело сказал доктор и вывел меня через парадный выход. На улице ярко сияло солнце и кипела жизнь

— Совсем другая обстановка, — одобрительно кивнул доктор. — Не правда ли?

— А вы точно доктор? Или я разговариваю с психологом? Такое ощущение, что о моём эмоциональном состоянии вы печётесь больше, чем о своём больном! — недовольно сказала я, осторожно освобождая пальцы.

— Никита попросил, чтобы я вас успокоил, — невозмутимо ответил Андрей Викторович. — В вашем положении нельзя нервничать.

— Спасибо за беспокойство, — ответила я, разворачиваясь опять в сторону больничного входа.

— Евгения, опасность для жизни Никиты миновала. Собственно говоря, её и не было. Да, есть последствия в виде сотрясения головного мозга и частичной потери памяти, но самое главное, что он жив и здоров. Я планирую его понаблюдать ещё немного и выпишу из отделения. Не вижу смысла мариновать его здесь. В знакомой обстановке он поправится гораздо быстрее.

— К нему вернётся память? Когда? — спросила я.

— Увы… Не могу сказать ничего конкретного. Человеческий мозг — величайшая загадка современности. Могу только заявить, что не был повреждён ни один из важных участков головного мозга. Никита здоров и функционирует, как обычный человек. В нашей больнице ведётся очень тщательный уход за пациентами. Вам нет нужды сидеть в коридоре у его палаты сутками. Скоро Никита окажется в вашем доме… — убеждал меня доктор. Он вообще много чего говорил, этот мужчина. Но говорил очень размыто и общими фразами. Поэтому Андрей Викторович казался мне самым ненадёжным из виденных мною врачей. И я почему-то чувствовала, что что-то не так.