Академия магических секретов

По правде говоря, я бы предпочла, чтобы нас никто не объявлял, ведь не удостаиваются же этого адепты? Но, боюсь, у отца были другие планы.

Едва мы подошли ближе, как я почувствовала на себе не одну восхищенную пару глаз. Даже не сразу догадалась, откуда такой интерес, а потом вспомнила, что я уже не адептка Рэйн, а леди Милн, наяна… Мда. В числе заинтересованных заметила и свиту Змея – надо же, и они падки на женскую красоту. Ну и получите! Как жаль, что нет возможности подойти и насладиться своим триумфом в полной мере.

Все-таки красота – страшная сила! Когда мы приблизились к атакующим вход, большинство из них разошлись в разные стороны, увлекая за собой недовольных вторых половин, и смотрели на меня с восхищением.

Как же я от этого отвыкла… Отец просто лучился счастьем и прорывался к входу в зал. Ему это легко удалось, многие расступались, едва взглянув в мое лицо. Видимо, у меня судьба такая – поражать своим видом…

Неудивительно, что у двери мы оказались за считанные секунды, и отец поспешил сунуть белый картонный прямоугольник распорядителю. Да уж, если бы не граф Оттен, не видать отцу приглашения, как своих ушей.

Барон приклеил на лицо одну из самых очаровательных улыбок, а я последовала его примеру. Кажется, рядом сдавленно охнули, а распорядитель нервно сглотнул, и его руки дрожали. Вот чудак, неужели никогда наяну не видел? А как же бабуля? Впрочем, сейчас я была наяной в самом лучшем своем виде, а это чревато, стоит признать.

– Барон Милн с дочерью, – справившись с голосом, громко провозгласил распорядитель. Я глубоко вздохнула, вцепилась в локоть отца, и мы с ним направились в центр зала.

С того самого первого и единственного раза, когда я побывала в Большом зале, во время приветственной речи лорда Ферта, многое изменилось. Кресла, стоявшие рядами, убрали, зал преобразился и был украшен живыми цветами. Магические светильники, зависшие под потолком, давали много света, но в то же время не яркого, и я порадовалась. Чем меньше потрясенных моей красотой – тем лучше.

Хотя, стоит признать, даже легкий полумрак мне не помог. Меня заметили абсолютно все, и по залу пронеслись тихие восторженные возгласы.

Я едва не сжала зубы, но в последний момент справилась с собой, приклеив дежурную улыбку – совсем отвыкла от реакции на свою расу. Оказывается, так хорошо прятаться под маскировкой, начинаю понимать Даррена. А вот и он сам…"

"Я едва не споткнулась, когда мы с отцом приблизились к невысокому возвышению в виде сцены, где раньше находилась кафедра, с которой выступал ректор. Сейчас там установили импровизированный трон в виде расшитого золотом кресла, в котором встречал гостей его величество.