Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

И Ангелина…

— Стой, что? Какая Ангелина? — я опешила и отстранилась. Теперь уже было не смешно. Во-первых нить разговора и как именно мы доковыляли до этого нового персонажа, я не знала совершенно, потому что с определенного момента слушала в пол уха. Во вторых

— Бывшая жёнушка Кирсанова, — спокойно ответил Макс, по-кошачьи щурясь. — Он ее- Ты мне не веришь? — неожиданно обвинил он.

Я старалась ничем не выдать своего искреннего замешательства. Нет причин не верить Максу, а верить — никаких сил! Припомнила Болконского и почему-то усмехнулась, загадывая под стать ему, судьбе самой все решить.

«Предложит украсть эскизы, чтобы нарушить условия договора — больше ему не верю! Предложит успокоиться и пойти спать — забуду всё и никогда не вспомню!»

Не знала, чего ждала, просто сидела и слушала Кравцова, который наращивал все новые и новые подробности на свою историю, и чем дальше уходил в степь, тем толще становились кони. Чуть ли не вся «Программа-реклама» — отвратительные черти! И Ксения, которая, якобы, подсовывала своей команде краденые рисунки. И Лика, которая ушла сразу после того, как тендер оказался в кармане у Кирсанова.

— Стой, что? Какая Ангелина? — я опешила и отстранилась.

Теперь уже было не смешно. Во-первых, я потеряла нить разговора и как именно мы доковыляли до этого нового персонажа, я не знала совершенно, потому что с определённого момента слушала в пол уха. Во-вторых, имя было очень уж знакомо.

— Бывшая жёнушка Кирсанова, — спокойно отозвался Макс, по-кошачьи щурясь. — Он её под зад пнул, как только наигрался!

— А это ты к чему? — искренне недопоняла фразы. А Макса ситуация нисколько не смущала, у него в глазах был просто огонь какой-то.

— Да к тому, что этому животному доверять нель-зя! Мы должны его сделать, понимаешь?

“И… украсть эскизы?” — уточнила я мысленно, и воображаемый Кравцов активно закивал.

— Сделать его? — озвучила другую мысль. Откинулась обратно на подушку и Макс стал перебирать мои волосы.

— Что тут у тебя? — задумчиво замычал, что-то вынимая из прядей. Я краем глаза углядела кусочек бумаги и сразу поняла, о чём говорил Кравцов:

— Ерунда… наклейки, из цеха… Как-то так вышло, что я вся в них оказалась… Прочесать волосы не успела, мне нехорошо стало, — оправдалась тихо.

— Знаешь, — удивительно спокойно произнёс Макс. — Ты не расстраивайся и не забивай голову. Давай-ка я распутаю тебе волосы, а ты спать ложись и не думай ни о чём. М? — и так нежно на меня посмотрел, я сердечко благодарно ударилось, в душе потеплело.

Моему удивлению не было предела. Да уж, Макс бил рекорды милоты, теперь уж точно можно расслабиться и ни о чём не думать. Как и договаривались, мсье Болконский, я про всё плохое забуду и никогда больше не вспомню.