Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

Но когда он бешеным Зверем перехватил инициативу и, прокрутив на месте, меня впечатал в дверь, поняла — что мы сейчас спалим к чёртовой матери всю гостиницу, ну и Крым, что уж там…

— Бл*, довела, — с мукой прорычал и рывком усадил на себя.

Мы захлёбывались желанием, душили друг друга поцелуями. Даже кусались от переизбытка чувств. Стонали, рычали, урчали, голодно вгрызались, торопливо заголяя друг на друге что и как получалось, чтобы дорваться до вожделенной плоти.

Ткань трещала, пуговицы летели прочь. Дверь за мной жалостливо постукивала-поскрипывала.

Я от похоти почти сознание теряла.

Обнажённой плотью чувствовала твёрдое желание Кирсанова, ловко высвободившего член из плена брюк и плавок. Мои трусики с треском освободили томящее лоно.

Я задрожала от нетерпения, едва не рыдала, отсчитывая секунды до вторжения, как Ромка чертыхнулся:

— Бл*, презика нет, — сглотнул натужно, но явно на грани заорать.

Я тоже застыла, туго соображая о чём сейчас ещё-не-мой-и-почему-до-сих-пор-ещё-не-мой, а когда дошло, выдавила весь яд, который сегодня копила вечером:

— Успел запас израсходовать на змею?

— Крис, — прорычал утробно Кирсанов, пиля меня отчаянным взглядом.

— Я на таблетках, — смилостивилась тотчас. — Млять! Сделай уже это!!! — на этом меня накрыло блаженной волной микрооргазма. Я прогнулась, задохнувшись стоном удовольствия и Ромка этим воспользовался, вколотившись в меня глубже.

— Бл*, - опять ахнула, оглохнув от очумелого боя сердца и ослепнув от фейерверка перед глазами. Только потом до меня дошло, что это мы по двери на стенку переехали и сейчас Ромка меня вбивал в переключатель, поэтому цветовая подсветка “вкл-выкл” была эффектной.

Хотя в первый раз показалось, что это меня вот так накрыло, но при втором, третьем… пятом повторении, поняла, что плевать…

Меня затрясло, отпуская, а Кирсанов с глухим рыком продолжил толкаться… с дикостью, остервенело и до боли сжимая мой зад и не позволяя хоть на чуть-чуть оказаться дальше ему желаемого.

Я никогда не кончала вот так… а сейчас меня от каждого толчка пронзало волной лихорадки. Я воспаряла и качалась. Опять взмывала и кружилась… как снежинка, попавшая в ветрянной поток…

— Бл*, - вот теперь мою звездную эйфорию экстаза протаранил низкий протяжный стон Ромки.

Его как и меня потряхивало от пережитого и испытываемого.

И я… впервые не желала разжимать ноги, чтобы любовник из меня вышел. Этого боялась до одури, до слёз… Поэтому вдавилась сильно, держалась крепко и наслаждалась тем, как он глубоко. И какое щекотливое ощущение внутри от его… семени. Это неожиданно приятно. А ведь несмотря на таблетки, Макса просила в меня не кончать. Всегда казалось не особо приятным потом чувствовать, что осталось ещё какое-то напоминание о акте.