Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

Очень! Не ядрёный парфюм, от которого в носу свербит и режет глаза, как у Макса, который обливался “Хуго Боссом” с ног до головы. Запах Романа был совсем другим. Чистым, свежим. От него пахло дождём, будто он только что был на улице и чуть не промок, а может так оно и было, мало ли. Ещё я чувствовала бергамот, обожаю его… Запах конечно, не Романа — он явно успел выпить чашечку чая за те минуты, что мы не виделись.

Пока разбирала на составляющие его сложный, волшебный запах, Кирсанов задумчиво меня рассматривал. А потом… Я скорее почувствовала, чем увидела — он обратил внимание на мои губы, вмиг задавшиеся жаром. Его взгляд колол их иголками, как будто можно было целовать телепатически, не прикасаясь.

Во рту тотчас пересохло, и я машинально облизнула губы, не думая о том, как это выглядит со стороны.

Это было ошибкой, поняла сразу — синева глаз Кирсанова стала глубже и темнее, губы плотно сжались, словно он хотел что-то сказать, но отчаянно сам же и ставил на это запреты.

Момент был непередаваемо долгий и совершенно неправильный. А Роман Игоревич продолжал меня внимательно рассматривать, вгоняя теперь в жгучее смущение и доводя до томительного трепета. Я засомневалась в его равнодушии, в своей силе воли. В утренних заверениях себя, что ничего такого больше не случится.

Даже его помощь перестала таковой казаться, а перешла в неуместно затянутое и невыносимо интимное… объятие? А когда я уже была готова запаниковать, он отступил.

— Вы снова неправильно одеты, — Роман Игоревич, мой мучитель, медленно окинул меня с головы до ног оценивающим взглядом, пока на непростительно долгую секунду не остановился на груди — я тут же прикрыла её руками. Глупый, наивный жест малолетней модницы, вдруг вспомнившей, что у неё есть две штуки под подбородком, которые по мнению мальчишек, смотрятся “клёво”. Да, грудь была слишком открыта, но и платье было слишком красивым!

— Дресс-код всё же есть? — чуть ли не с вызовом уточнила я. Да, негоже так с возможно-будущим-боссом! Но и ему намекать на глубокое декольте своим “раздевающим взглядом” совсем не стоило.

— Нет, но может появиться, — холодно отрезал Роман Игоревич. — Раньше мне это в голову даже не приходило, — возобновил ход взгляда, изучая меня, как интереснейший экспонат. Без смущения и капли сомнений.

Кирсанов, словно видел меня насквозь, не смотря на то, что я прижималась к стенке лифта, как напуганная дурочка.

По телу пробежались мурашки и показалось, будто на обнаженную кожу кто-то направил ледяной поток кондиционированного воздуха. Одеться бы, или обнять себя руками…

Никогда такого чувства не возникало! Я всегда предельно избирательна в том, как выгляжу. Никаких оплошностей.