Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

 — К чему этот разговор?

— К тому, что мы с тобой столько лет… — жевала слова, — у нас всё… ну… шаблонно, что ли… — самой было стыдно в подобно признаваться.

— Шаблонно? — вторил глухо Макс. — Ты о чём?

— О том, что сегодня я дико хотела с тобой придаться незапланированной любви! — горячо выпалила. Во мне вино говорило, по трезвому бы я вряд ли осмелилась на подобное. А так… разболталась, да к тому же уже в ванную забралась, прорезая пенное облако.

— Ого, — присвистнул жених. — Детка, да ты горишь? — интимно понизил голос.

— А то, — икнула, поднеся бокал к губам и сделав осторожный глоток.

 — И трусики влажные, — и плевать, что их на мне уже нет. — Жаль тебя нет… — Я отсалютовала бокалом подёрнутому паром отражению в зеркале, с тоской понимая, что правда хотела бы Макса тут, рядом. И не из-за вина, не из-за неудачного дня или одиночества. Просто хотела, и всё тут.

— А если бы я приехал?

— А ты можешь?

— Нет.

— Тогда пошёл к чёрту! — буркнула я, и мы оба знали, что это значит.

— Ты нарываешься? — хохотнул Макс.

— Тебя тут нет, ты ничего мне не сделаешь! — шутила я, а сама жутко досадовала на то, что Макс не из тех, кто сорвётся и приедет, как рыцарь.

Как озабоченный рыцарь, желающий немедля наказать зарвавшуюся принцессу. Вызволить из плена одиночества и наказывать… наказывать всю ночь, а можно и день напролёт!

Увы, не рыцарь! А я так каждый раз надеялась, довести нашу вот такую игру до конца. Раззадорить его, чтобы сел в машину и примчался, распахнул дверь, ворвался в квартиру и…

— Но если бы был, — зазвучал подчёркнуто игриво, — непременно бы…

— Наказал? — обронила мысль, с надеждой мечтая услышать “Да! С особым пристрастием! И так, чтобы ты молила тебя отпустить! Молила закончить пытку… Наказание… чтобы сжалился…”

— Зачем? — недопонял Макс, слёта уничтожая хрупкую надежду.

 — С тобой можно действовать куда мягче, верно? — муркнул с таким тоном, словно знал лучше меня, что мне нужно.

— Тебе виднее… — осторожно поддакнула я, уже прикидывая, что сейчас он сольётся с темы. И страшась обидеть правдой — что ни разу Кравцов не угадал с моими желаниями и тайными мечтами.

Но Макс удивил. Чуть ли не впервые удивил!

— Конечно виднее… Я могу пригнать часов за шесть.

— Мне бы это польстило, — призналась, чуть опешив, — но, увы, уже не спасло.

Я сгорю за это время.

Не лгала, разговор меня и правда возбудил. Скорее это из-за новизны ощущений и своей откровенности. Вот и ёрзала, пытаясь найти место, более удобное для лежания. Даже бокал осушила и в раковину поставила.

На заднем фоне показался женский голос, и я лениво уточнила:

— Ты не один? — чуть напряглась тишине в эфире. Макс как-то замешкался, но в трубку просипел:

— Один. Это я телик включил, а тут фильмец какой-то, — отмахнулся безразлично.