Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

Маленький сторож нашей маленькой семьи.

Так что Лера пока единственная женщина в моей жизни.

Потому чуть опешил, увидев её в объятиях незнакомой ей женщины. Картина настолько шокирующая, что не мог не спросить:

— Решили меня достать через дочь? — уличительно прищурился.

Кравчик на миг подзависла. Опять поморгала недоумённо, побледнела.

— Какая низость?! — ещё сильнее вознегодовала Кристина. Теперь лицо покрылось красными пятнами, а глаза заметали молнии. — Тоже мне пуп земли! Да у вас мания преследования! — ещё одна кошка, только эта разъярённая. И она мне нравилась до ненормальности.

Вот именно сейчас, когда лежала с моей тираншей в обнимку, бледная, хилая, с ощейником на шее и при этом жутко злющая."

"— Не находите, что это подозрительно? — продолжил перекрёстное шипение, через скрип зубов. Не привык ругаться с кем-то при ребёнке, и сейчас просто уточнял важные моменты, а мелкая, вроде как, спала.

— Даже если бы я хотела к вам пробиться, — сделала жадный глоток воздуха, будто выдохлась донельзя от своей тирады, — никогда бы не использовала ребёнка! Это подло и мерзко! Я бы… — нахохлилась…

— Вы бы?.

. — не отпускал диалога и затаился в ожидании признания. Сам дышать забыл. Магию нашей милой ссоры нарушила медсестра:

— Вы знакомы? — вклинилась с идиотско натянутой улыбкой, готовой в любую секунду стать настороженной ухмылкой.

— Есть немного, — подтвердил задумчиво. — Вы бы не могли нас оставить? — метнул красноречивый взгляд на медсестру, понимая, что лишние уши нам с Кравчик не нужны. Если честно, вообще про медсестру забыл. Был уверен, что в палате нас только трое. А уж тот факт, что в палате с Кристиной ещё и другие люди имелись, вообще как-то выпал.

— Не думаю, что это хорошая идея, — Антонина замешкала. То на меня косилась, то на Кристину. Я на лице Кравчик чётко видел сомнение, возмущение, но так как выставить насильно Тоню я бы не посмел, Анджеевна благоразумно внесла ясности:

— Будьте добры, — зажато кивнула, скривив лицо, явно от боли. Но тотчас, быстро глянула на Леру, будто волновалась за сон малышки. И я не мог не согласится — уж больно сладко спала. Я за всю жизнь этот мелкий моторчик таким видел, от силы, раз десять.

Обычно она бесилась, изводила нянь и самоустранялась в спальне без лишней помощи.

— Не волнуйтесь, не думаю, что Роман Игоревич причинит мне вред, — но голос дрогнул, выдавая сомнение в словах. — Мы просто поговорим, — при этом не спускала с меня упрямого взгляда.

Как только дверь за медсестрой закрылась, я бегло осмотрелся — соседи Кравчик были с более серьёзными увечьями головы и спины, потому безмолвно лежали с закрытыми глазами. Что ж, значит, наш разговор хоть и не тет-а-тет, но вполне приватен.