Божественная бездна

— Эй, начальник, а можно нам этому говнюку рожу начистить? — спросил вчерашний бандит с окровавленной повязкой на голове, стоящий в окружении трех таких же придурков.

— Заходит несколько, выходит один. У нас только одно правило, — ухмыльнулся дварф. — Если хотите перебить друг друга, я только «за».

— Вы идиоты? Вчерашнего урока вам показалось мало? — ошарашенно спросил я у обступающих гопников. — Ну идем, добавлю. Заодно паек заработаю. Вам, дебилам, сказали, выйдет только один, так что вы сами себе приговор подписываете. Глухие?

— Не, это ты, бычара, не слышал.

Начальник же сказал, выйдет один. Ну так ничего. Мы выползем. Зато ты там навсегда останешься, — ухмыльнулся бандит в наколках, крутя в руках неизвестно откуда взявшийся нож. — Сиплый, Угрюмый, заходите с боков. Щас мы ему пощекочем глотку.

— Отлично, третий бой определен, — довольно потер руки дварф. — Наконец нежить из бездушного мира начнет вырезать друг друга. Давно пора. Освободить яму. Заходите, посмотрим, чего вы стоите против равных. Тебя, красный, это тоже касается.

— Вы, твари, в другом мире оказались, в рабстве! — в гневе заорал я, надеясь спровоцировать любого из троицы.

— А все о своих гнилых понятиях твердите и пытаетесь толпой на одного нападать? Макаки тупые.

— Ты че сказал, петух? — возмутился ближайший противник, на секунду подходя ближе, чем надо. Два метра радиуса — это очень мало. Тут и паре сражаться тяжело, а вчетвером и вовсе не разойтись. Вывернув руку, я резко ударил ребром ладони, ломая кость, и бросил противника на его приятелей. Подпрыгнув, схватился за веревку, уходя от атаки, чтобы потом обрушиться пятками на шею бандоса. Несмотря на гнилую натуру, парни оказались крепкими и оправились от ударов слишком быстро, так что пришлось бить лежачего, чтобы помешать двум оставшимся.

Едва разминувшись с крохотным тычковым ножом, зажатым в кулаке Сиплого, я ударил коротким апперкотом в челюсть и тут же дал «в солнышко» татуированному. Первый попробовал достать меня ножом из лежачего положения, едва успел убрать ногу и тут же впечатал пяткой по пальцам, ломая тонкие кости. А нет, судя по хриплому крику, Сиплый лежал под ногами, значит, еще стоял Угрюмый. Но это тоже ненадолго.

Я в отличной форме.

Черт его знает почему, может, странная жрачка победителя или восьмичасовой сон так повлияли. Или то, что было прямо перед ним. Но, по ощущениям, восстановление длилось минимум несколько дней. Даже синяков почти не осталось. Хотя рана на голове саднила дай боже. А вот противникам, евшим вчера личинок, питания для полноценного отдыха явно не хватило, и раны их кровоточили вовсю.

— Ну что?! Давай! — нетерпеливо выкрикнул татуированный, явно надеясь подставить своего подчиненного под первый удар.