Брачная ночь с графом

Но мы ведь уже миновали эту стадию, разве нет?

Он тяжело вздохнул.

– Не искушайте меня, Кэтрин. Я и так на пределе.

– Но я этого хочу! – Кэтрин придвинулась поближе к нему и обвила руками его шею. Заглянув ему в глаза, прошептала: – Ваши поцелуи дарят мне наслаждение, Адам.

– Мне тоже. – Он помолчал. – Мне стоит огромных усилий отказывать вам, но бывают моменты, когда я не в состоянии противостоять силе вашего очарования. Как, например, сейчас. Когда я целую вас так, как вам нравится… О, это пробуждает во мне желание прикасаться к вам вот так… – Его рука скользнула вверх, и он обхватил ладонью ее грудь.

А Кэтрин, не удержавшись, застонала – всепоглощающее наслаждение волнами разливалось по ее телу, а между ног словно вспыхнуло пламя.

Снова застонав, она прошептала:

– Но я ничего не имею против… Мне очень нравятся ваши прикосновения.

– Мне тоже, – сказал Адам. – Но когда я так прикасаюсь к вам, мне хочется поцеловать вас… вот так… – Он обнял ее за плечи, привлек к себе и, опустив голову, впился в ее губы страстным поцелуем.

Он целовал ее снова и снова, а она упивалась вкусом его губ и наслаждалась от прикосновения его пальцев, то гладивших, то сжимавших ее грудь.

Когда же Адам на мгновение прервал поцелуй, она прошептала:

– Нет-нет, целуйте меня, целуйте…

И они целовались долго и страстно. Целовались снова и снова. Наконец, Адам поднял голову и, задыхаясь, прошептал:"

"– Кэтрин, когда я целую вас так, когда касаюсь вас подобным образом, у меня возникает желание сделать также и это, – с этими словами он осторожно уложил девушку на плащ и тут же опустился поверх нее.

«О, как чудесно!..» – мысленно воскликнула Кэтрин, почувствовав на себе тяжесть мужского тела. Ощущение этой тяжести доставляло ей неописуемое наслаждение, и ноги ее словно сами собой раздвинулись. Когда же чресла Адама прижались к ее женскому естеству, она радостно вскрикнула – трудно было даже вообразить такие восхитительные ощущения!

Тут Адам снова стал целовать ее и ласкать, а его отвердевшая плоть крепко прижималась к ее лону. А Кэтрин, наслаждаясь его ласками, время от времени тихонько стонала – было так приятно сознавать, что Адам желал ее столь же отчаянно, как и она его.

Адам внезапно приподнял голову и, заглянув ей в глаза, прошептал:

– А когда вы лежите подо мной, как сейчас, мне хочется сделать вот это… – Протянув руку, он стащил платье с ее плеча, затем чуть оттянул вниз нижнюю рубашку и обнажил ее грудь. – Кэтрин, вы прекрасны. Ваша кожа безупречна, а грудь – необычайно соблазнительна. – Он склонил голову, и его губы коснулись ее соска.

Кэтрин ахнула и со стоном выгнула спину. Ее охватила дрожь возбуждения, а дыхание участилось. И теперь стоны один за другим вырывались из ее груди.