Брачная ночь с графом

Кэтрин откашлялась и пробормотала:

– Но я не хочу вас сдерживать.

– Вот почему впервые в жизни я должен сам себя сдерживать. – Взяв девушку под руку, Адам направился в переднюю часть сада. – Это неестественно и непривычно для мужчин, знаете ли… Ведь обычно мы полагаемся в этом вопросе на молодых леди. Предоставляем им удерживать нас в рамках и не позволять нам заходить слишком далеко.

– Полагаю, во мне нет ничего, что давало бы основание считать меня типичной молодой леди, – с усмешкой проговорила Кэтрин.

– Да, верно. Потому что для меня вы – совершенно особенная.

– Ах, Адам, я иногда не понимаю вас. Вы говорите, что не можете…

– Да, знаю, – перебил он. – И именно поэтому я пытался держаться подальше от вас. И именно поэтому отклонял все приглашения на приемы и вечеринки. Но в какой-то момент мне показалось: судьбе угодно, чтобы мы были вместе. – Немного помолчав, Адам добавил: – Вы сегодня прекрасно танцевали.

По выражению его глаз она видела, что граф сказал это совершенно искренне. Да, он действительно так считал. Однако она небрежно пожала плечами, – словно его одобрение ничего для нее не значило.

Когда они остановились у стола, Адам взял трость и, подавая ей, произнес:

– Я должен идти, пока никто здесь не появился.

– Когда мы увидимся снова? Мы ведь еще увидимся?..

Он должен был ответить «нет», но не сумел произнести это короткое слово. Он давно уже пытался внушить себе, что не должен видеться с этой девушкой, но все же не мог себя заставить отказаться от нее раз и навсегда.

– Я не должен, – сказал он, глядя ей прямо в глаза. После чего развернулся, поднялся по ступенькам и исчез в доме.

Глава 25

Всегда в душе преступной – подозренья;

У. Шекспир. Генрих VI, акт V, сцена 6Дождь монотонно стучал в окно кабинета, и было довольно прохладно, хотя в камине горел огонь. Поверенные лорда Грейхока просидели за столом напротив него несколько часов подряд, отвечая на его вопросы, однако же сам граф думал не столько о делах, сколько о Кэтрин – мысли о ней по-прежнему не оставляли его в покое.

В конце концов он отпустил поверенных и теперь сидел в одиночестве, сидел в полной тишине. Когда-то одиночество радовало его, однако сейчас оно давило тяжким бременем. Изучение счетов и прочих документов было делом полезным и отчасти даже увлекательным, но теперь Адам уже был уверен, что сможет посещать все свои новые владения, прекрасно зная, каково состояние дел в каждом из поместий.

Уже стемнело, и в доме зажгли лампы. Фараон лежал у камина, а Диксон тихо играл со своими солдатиками, ожидая, когда Адам сыграет с ним в шахматы. Вроде бы все было в порядке, но чего-то ужасно не хватало. Конечно же, Кэтрин. Ему очень хотелось снова ее увидеть.