Брачная ночь с графом

Он и его партнерша были мошенниками, и этим вечером их добычей стал он, Адам. Но, очевидно, эти проходимцы понятия не имели о душевном состоянии и направлении мыслей новоиспеченного графа.

Его лишь слегка задевало одно обстоятельство… Ох, почему же он так легко попался в ловушку, подстроенную двумя интриганами с целью набить карманы за его счет?

Адам отличался обостренным чутьем и обычно быстро соображал, когда и где допустил промах, а вот сейчас… Вероятно, он слишком переусердствовал с выпивкой. Или слишком долго не был с женщиной. Поэтому, возможно, и отмахнулся от чувства недоверия, возникавшего у него, когда он слушал рассказ женщины, назвавшейся вдовой. И в результате в поисках тепла и утешения Адам решил провести с ней ночь. А раз так… Что ж, может, он и заслужил столь бесславный конец.

И вообще, не пристало ему жаловаться. Судьба была благосклонна к нему в юности, уберегая от выходок более опасных, чем те, что он себе позволял, и только недавно судьба отвернулась от него. Впрочем, теперь это его уже не волновало. Всем известно, что одним судьба благоприятствует, воздавая им должное и склоняясь перед ними, а других валит с ног, разбивая их жизнь вдребезги и оставляя лишь осколки.

– Боюсь, что ничем не могу вам помочь, – ответил Адам, заправляя в брюки рубашку. – Мы с вашей женой оба полуодеты, что неоспоримо подтверждает нашу вину. Так что ее репутация уже окончательно загублена, и я не представляю, как это можно исправить.

Мужчина выпучил глаза, и лицо его побагровело. С угрожающим видом он подступил к Адаму на шаг ближе, буравя его взглядом.

– Я требую, чтобы вы ответили за это оскорбление! – закричал он.

Адам снова пожал плечами – и, внезапно взглянув на ствол пистолета, проговорил:

– Возможно, я мог бы извиниться, поскольку не знал, что эта молодая женщина – вовсе не одинокая вдова, а пребывает в счастливом браке."

"«Актеры» снова обменялись взглядами, и на сей раз в глазах их была паника. Очевидно, Адам стал не первой жертвой их мошеннической игры. Без сомнения, они ожидали, что он будет дрожать от страха, отрицать свою вину, а затем с радостью ухватится за возможность откупиться. И многие джентльмены, вероятно, так и поступали.

Но только не Адам.

Конечно же, ему следовало знать, что нет ничего хорошего в том, чтобы зайти в таверну, основательно там напиться и утешиться с доступной женщиной. Увы, в тот момент, когда он зашел сюда, его приводила в ужас мысль о том, что придется провести еще один одинокий вечер в его холодном, богом забытом доме. И даже смерть не могла быть хуже того чувства безысходного отчаяния, которое владело им последние два года.