Брачная ночь с графом

«Ах, гувернантка»! – мысленно воскликнул Адам. Что ж, теперь кое-что прояснилось. И все же… Неужели сказанное Диксоном – правда? Ведь у этой женщины были блестящие рекомендации. В большей части рекомендательных писем наниматели не только восхваляли ее вежливость и практический опыт, но также упоминали о том, что все дети, с которыми она имела дело, очень ее любили.

– Я хочу домой, – с вызовом произнес Диксон, сжав маленькие кулачки.

Адам снова нахмурился и тяжело вздохнул. Ну почему судьба навязала ему этого ребенка? Ведь он понятия не имел, что с ним делать. Сначала он вел жизнь беспечного и дерзкого повесы, затем – жизнь скорбящего мужа и отшельника. То есть ничто из его жизненного опыта не подготовило его к тому, чтобы воспитывать ребенка.

– Теперь здесь твой дом, Диксон, – произнес граф, пристально глядя на своего юного кузена.

– Нет, это ваш дом, – возразил малыш, оставаясь неподвижным, точно один из тех деревянных солдатиков, с которыми он играл.

– И твой тоже, понимаешь? – строго сказал Адам. – Другого дома у тебя нет, так что не стоит больше говорить об этом. Вынужден признать, что ни один из нас не хотел оказаться в таком положении. Но ведь нас никто не спрашивал… Так что с этим ничего не поделаешь. Нам обоим придется приспосабливаться, и мы должны постараться справиться с этим наилучшим образом. А потом, через несколько лет, ты отправишься в Итон. Все понятно?

Не обнаружив никаких интересных запахов на персоне Диксона, Фараон вернулся на свое излюбленное место перед камином. Мальчик же по-прежнему стоял в дверном проеме.

– Ладно, хорошо… – произнес Адам уже более мягким тоном. – Скажи мне, как именно от нее пахнет.

– Пахнет от ее ладоней.

– Но чем именно?

Глаза мальчика широко распахнулись, и он осмотрелся, как будто искал ответ где-то здесь, в этой комнате.

– Может, рыбой? – предположил Адам.

Мальчик отрицательно покачал головой.

– Грибами?

Диксон снова покачал головой.

Граф мысленно выругался и быстро проговорил:

– Уксусом, лавандой, вином, мочой? Черт побери, как же я могу узнать, что ты унюхал? И вообще, я не желаю знать, что ты там почуял. Мне это неинтересно, понял?!

Глаза малыша стали влажными, а нижняя губа задрожала. О черт! Ведь он не собирался на него кричать. Однако же… Проклятие, этот мальчик был способен выводить его из равновесия так же, как мисс Райт, хотя совсем по-другому.

– Ты должен был поговорить со мной, Диксон. Я ведь не умею читать твои мысли, понимаешь? Ну как мне узнать, о чем ты думаешь?

Адам снова вздохнул, затем поднялся с кресла, подошел к камину и, взяв кочергу, поворошил поленья, чтобы лучше разгорелись. В его дурном настроении была виновата мисс Райт, а вовсе не Диксон. Это из-за нее он был раздражен, как старый кузнец, заехавший молотком себе по пальцу.