Брачные узы

Вот так, – сказал Логан и, сомкнув пальцы левой руки вокруг ее левого запястья, правой рукой обхватил ее предплечье. – А теперь и вы сделайте то же, что и я.

Мэдди сделала, как он велел, хотя сомкнуть пальцы вокруг его предплечья ей, конечно, не удалось. Все это напоминало какую-то детскую игру, словно они соорудили колыбельку для кота.

Логан кивнул Монро, и тот, выступив из шеренги, подошел к ним с пледом в руках и обмотал ткань вокруг их сомкнутых рук.

Сердце ее забилось чаще, и дыхание тоже участилось. Перед глазами поплыл туман. Должно быть, Логан понял, что с ней что-то не так, потому что он сильнее стиснул ее запястье.

– Мы не могли сделать это наедине?

– Увы, брак не действителен без свидетелей, детка.

– Я понимаю, но зачем так много людей? Просто…

Мэдди не смогла закончить мысль. Немота сковала горло, как это уже не раз бывало прежде. Холод настиг ее, как бы хорошо она ни пряталась, и лед сковал панцирем от макушки до пяток, лишил голоса, не давал пошевелиться. Кровь гудела в ушах, время остановилось.

– Посмотри на меня, – приказал Логан.

Мэдди с трудом повернула голову и подчинилась. Он смотрел ей прямо в глаза.

– Не думай ни о ком. Сейчас здесь только я и ты.

И тогда случилось чудо. Страх отступил, и буря за стенами замка, неровное пламя множества свечей, символизм старинного обряда заставили Мэдди почувствовать себя частью какого-то особенного мистического ритуала, таинственного и романтичного.

Вдруг Мэдди посетило чувство, что сейчас происходит именно то, о чем она втайне мечтала с тех пор, как в шестнадцать лет придумала себе сурового, но нежного горца.

«Не обольщайся, – заклинала себя Мэдди. – Не давай воли воображению. Помни о том, что оно, твое неуемное воображение, и стало причиной всех твоих бед».

– А сейчас повторяй за мной все то, что я буду говорить, – сказал Логан.

Он говорил на гаэльском наречии, и Мэдди как попугай повторяла за ним, не понимая смысла сказанного.

– Хорошо, – похвалил ее Логан.

И вновь почувствовала, словно оттаивает. Что было, конечно, неразумно с ее стороны.

Потом Маккензи произнес еще одну фразу на своем родном языке. Она услышала свое имя среди незнакомых слов.

Затем к ним подошел Монро и размотал плед, связывающий их руки.

– Что теперь? – спросила Мэдди.

– Только это, – сказал он и, наклонив голову, быстро поцеловал ее в губы. – Вот и все. Дело сделано.

Боевые товарищи Логана грянули ура.

Итак, Мэдди стала замужней леди.

Чувствовала ли она себя по-другому в новом статусе? И должна ли она чувствовать себя по-другому?

– Я не стал бы требовать, чтобы вы отныне носили полный традиционный шотландский костюм, – сказал ей муж, – но, раз вы теперь миссис Маккензи, вы не должны появляться на людях без этого.