Бернаут

– Прости, я ходячая катастрофа, – пробормотала я, оглядываясь. Мы оказались в дополнительной ванной, совмещенной с прачечной.

– Насколько это не метафора? – серьезно уточнил Бланж и снял перчатки. Я снова залипла на его пальцы и извилистые, словно реки, линии вен, бегущие по предплечьям. Ничего не смогла с собой поделать.

– На все сто.

– А вот это плохо, – ответил он и, воздержавшись от дальнейших комментариев, стянул с себя футболку.

– Эй, ты что делаешь? – возмутилась я, глядя на то, как он раздевается.

Не обращая внимания на мои протесты, он отодвинул меня рукой в сторону, открыл кран и принялся замывать пятно на собственной одежде.

Я посмотрела в зеркало через плечо. Мой серебристый топ на спине окрасился в красный.

– Господи, – выдохнула я, оттягивая ткань, пропитанную сладким соком и отвратительно липнувшую к спине. – Кэсс меня убьет.

– У тебя есть десять минут, чтобы смыть эту дрянь. – Отжав футболку, Бланж встряхнул ее резким движением, закинул в сушилку и нажал на кнопку «Холодный воздух». – Ну или ходи липкой весь вечер и благоухай дешевой водкой.

Я поморщилась. Возникло чувство, будто жизнь издевается, каждый раз загоняя меня в неудобные ситуации перед этим парнем.

– Отвернись, – велела я, тут же добавив: – И покарауль дверь.

– Да никто сюда не войдет, – закатил глаза он. – А учитывая, что мы живем в Калифорнии, где по улицам шастают полуголые девицы, вряд ли ты хоть кого-то этим способна удивить.

– Все равно отвернись! Пожалуйста.

Последняя фраза наконец подействовала: Бланж отошел и повернулся ко мне спиной, а я стянула с себя противный липкий топ, включила воду и набрала в ладонь жидкого мыла.

– В кампусе и так невесть какие слухи о тебе ходят.

Не хочу, чтобы еще и я оказалась в них замешанной.

– И какие же? – совершенно искренне поинтересовался он.

– Что никто из девчонок не задерживается у тебя дольше, чем на одну ночь.

Бланж усмехнулся.

– Врут, – ответил он лаконично. – Даже на одну не задерживаются.

– Что ты подружек меняешь чаще, чем мотоциклы.

– Тоже врут. Мотоциклы – гораздо чаще.

– О, какая прелесть, – ответила я, теперь понимая, почему так много девушек грезили о нем и на что-то надеялись. Приручить этого парня – все равно что поймать ветер. Невозможно.

А каждый из нас мечтает совершить в жизни невозможное. Вот только я поставила перед собой вполне земные цели.

– Большинству девчонок нужно, чтобы за ними бегали, если ты понимаешь, о чем я. – О да, я понимала. – Так вот, у меня на это нет ни времени, ни желания. На свидания и прочую чепуху – тем более. Я слишком занят.

– Мне плевать, если честно.

– Просто чтобы ты была спокойна: я никогда не рассматривал тебя в таком смысле."

"Несмотря на то что я была рада подобной откровенности, стало немножко обидно.