Бернаут

И ты называешь это «небольшими сложностями»?

Не знаю, чего я ожидала, может, крика в ответ, может, извинений, но, выслушав все, Бланж молча вышел из машины, обошел ее по кругу и, открыв мою дверь, протянул ладонь.

– Идем.

– Никуда я с тобой не пойду. – Сложив на груди руки, я насупилась. – Бесишь ты меня. – Возможно это было по-детски, но пересилить себя не получалось.

– Я могу долго так стоять, ты знаешь, – совершенно спокойно произнес он. – Но предлагаю поесть, потому что через пару часов стемнеет. Ты же в курсе, что солнце здесь садится рано, а я бы хотел добраться до заката.

Я резко выдохнула. Краем глаза глянула в сторону. Его рука все так же была протянута. Я решила не принимать ее, но все-таки вышла. Бланж покачал головой и хлопнул дверью. Что бы он ни делал, всегда производил массу шума.

– Нам явно стоит в ближайшие пару часов отыскать точки соприкосновения, иначе небольшие сложности превратятся в большие проблемы, – добавил он, открывая дверь забегаловки и пропуская меня внутрь. Откуда эти манеры? Ведь впечатление он производил кардинально противоположное. – Там, куда мы едем, соберется вся моя команда.

И никто из них не должен догадаться, что наши отношения фальшивые.

Я фыркнула. Бланж остановился, неожиданно позволив мне самой выбрать столик, поэтому я заняла место в самом дальнем углу зала. Он сел напротив. Широко улыбнувшись, официантка положила перед нами меню, а затем, приняв заказ, удалилась.

– Расскажи о своих чувствах, – вдруг попросил он. – Я не настаиваю. И не давлю. Но мне хотелось бы знать, что именно тебя беспокоит.

Вот это было совсем неожиданно. Я поковыряла зазубрину в столе, отломив от нее щепку.

– Просто я разочарована.

– Во мне? – покладисто уточнил Бланж.

– В себе, – с раздражением ответила я.

– Объясни.

Этот разговор был слишком личным. К тому же я не думала, что он поднимет эту тему. Тем не менее я продолжила:

– Меня огорчает, что все принципы, которые я так долго строила, пошли прахом из-за дурацких денег. Ведь это означает, что все они – принципы – были ничем. И поэтому я ужасно злюсь на тебя за всю эту затею. Ты скажешь, что это глупо, меня ведь силой под венец не тащили, я сама согласилась. И будешь прав. И это тоже бесит.

Но, самое главное, я мечтала о том, что моя семья не будет такой, как у матери. Когда под венец идут ради денег или чтобы стереть клеймо брошенки. Это будет брак, построенный на взаимном уважении и любви. И где я теперь? – Приподняв руку, я бросила раздосадованный взгляд на свое кольцо.

Бланж посмотрел на меня грустным взглядом.

– Можешь не носить, если тебе оно не нравится, – произнес он."

"Я смущенно пожала плечами. Теперь мне стало перед ним как будто неудобно даже. Кольцо на самом деле было красивым.