Браслет императрицы

Надо больно! Звони домой, она с работы уволилась еще перед свадьбой.

– Ладно, попробую… – Надежда набрала номер.

Трубку долго не брали, наконец послышался слабый, какой-то блеющий голос.

– Алло, могу я Нину попросить? – закричала Надежда в трубку, у нее было такое чувство, что абонент находится где-то в районе звезды Альфа Центавра.

– Надя, это я… – прошелестели на том конце.

– Нинка? Ты что – больна? Отчего голос такой?

– Да нет… все хорошо…"

"Люся, прислушивающаяся к разговору, сделала круглые глаза – дескать, правы мы были, плохо с нашей Ниной Ч.

– Ты одна дома? Муж на работе? – допрашивала Надежда.

– Да… а я тут вот…

– Я к тебе сейчас приду! – заорала Надежда, понукаемая Люсей. – Слушай домофон, а то в вашей квартирке как в лесу, друг друга не докричишься! Надо ехать, – сказала она Люсе, – пока этот тип с работы не пришел. Подбросишь меня?

– Я с тобой! – встрепенулась подруга. – Обойдутся без меня полдня!

* * *Нинка долго не открывала, наконец за дверью послышались шаркающие неуверенные шаги.

– Это мы, Нина! – закричала Надежда, не дождавшись, пока спросят. – Мы с Люсей!

Ужасающе долго Нина гремела замками, наконец дверь открылась, и приветливая улыбка застыла на губах Надежды.

Нина и раньше не была красавицей. Однако в последнее время, после замужества, она не то чтобы сильно похорошела, но стала похожа на нормального человека – чуть похудела, глаза заблестели, она стала чаще улыбаться и одевалась если не со вкусом, то как обычные люди, ничем особенно не выделяясь.

Теперь же перед ними стояла не Нина, а ее бледная тень. Или то, что получится из Нины лет через двадцать, а может, и больше. Волосы висели безжизненными прядями, глаза смотрели тускло, бескровные губы были покрыты серым налетом.

– Нинка, что с тобой случилось? – Люся оттолкнула Надежду и ворвалась в квартиру. – У тебя грипп, что ли?

– Да нет… – Нина поморщилась, как будто прихватила ее застарелая зубная боль. – Так просто, слабость…

– Ты врача вызывала? – теребила Нину Люся. – Да в таком виде только на больничной койке валяться!

Нина запахнула фланелевый застиранный халат, который уж точно был оставлен ей в наследство бабушкой, повернулась и пошла по коридору, шаркая ногами в старых войлочных тапках. Переглянувшись, подруги бросились за ней. Пройдя несколько шагов, Нина вдруг пошатнулась и оперлась о стену.

– Квартира такая большая… – прошептала она, – идти далеко…

Надежда подставила плечо, с другой стороны Нину подхватила Люся, и таким образом они дошли до спальни. Это была не та комната, где в прошлый раз был накрыт стол, эту еще не ремонтировали. Потертые мрачные обои наводили тоску. Мебель была старая, какие-то темного дерева шкафы и буфеты.