Браслет императрицы

– Я тебя не встречаю, тут в кои-то веки хороший фильм по телевизору показывают, «Сердце на ладони»… сейчас таких уже не снимают! Сейчас везде только боевики или эта… упорнография. А тут хороший фильм, такой жизненный, и актеры замечательные… так что ты сама себе чаю налей! Можешь и мне заодно. Ты ведь знаешь, где у меня что…

– Знаю, знаю, тетя Тома, ты не беспокойся! – Надежда достала из серванта две чашки – теткину, с большим красным петухом, которую подарили Тамаре Васильевне сослуживцы в день выхода на пенсию, и свою любимую, с рыжим котом, удивительно похожим на Надеждиного кота Бейсика.

Там же, в серванте, нашлась вазочка с конфетами.

Только сервировав чай, Надежда повернулась к тетке и при этом случайно взглянула на экран телевизора.

На экране было купе поезда дальнего следования. В кадре молодой парень с нахально оттопыренными розовыми ушами развлекал попутчиков историями из своей жизни. Лицо этого парня показалось Надежде удивительно знакомым, но по-настоящему насторожилась она, когда лопоухий болтун перешел к очередной байке.

– А то еще был у нас один случай… – проговорил лопоухий, оглядев попутчиков. – Проходил я после пятого курса практику на корабле… то есть, извиняюсь, на коробке. Моряки, они ведь корабли исключительно коробками называют. Небольшая такая коробка, хотя и военная – малый корабль радиоразведки. У нас и вооружения-то почти никакого не было, одни антенны… вообще-то, извиняюсь, это я лишнее говорю, я ведь подписку о неразглашении давал…

Тут камера показала лицо молодой попутчицы. Девушка смотрела на рассказчика нежным взглядом и слушала внимательно, слегка приоткрыв рот.

«Что это такое? – недоуменно подумала Надежда. – Я же это только что слышала… да нет, этого просто не может быть! Французы называют такое “дежа-вю”… Я что – схожу с ума? Нет, ерунда! Наверное, просто случайно совпали детали…»

А лопоухий балагур подмигнул девушке и продолжал:

– Значит, плывем мы по Черному морю, несем, как говорится, службу, прослушиваем эфир на предмет возможного радиоперехвата, и вдруг вахтенный матрос докладывает на мостик – справа по курсу неизвестный предмет! А я тогда на вахте стоял, помощником вахтенного офицера, в порядке, как говорится, обучения в условиях, максимально приближенных к боевым…

«Да как же так? – растерялась Надежда. – Слово в слово то, что рассказывал приятель Нининого мужа, Константин! Даже в тех же самых выражениях… Да и лицо… это же его лицо! Точно, только здесь он лет на двадцать пять моложе!»

Лопоухий продолжал:"

"– Смотрю это я – а справа от нашего корабля в море какая-то большая дура, извиняюсь за выражение, болтается… круглая железная штуковина, утыканная рожками, наподобие морского ежа.