Браслет императрицы

– Бейсик, тебе будет плохо! – испугалась Надежда.

Кот нашелся в гостиной на диване, он спокойно спал, раскинув лапы. Надежда попробовала пощупать живот, кот, не открывая глаз, укусил ее за палец.

– Отвратительное создание! – с чувством заявила Надежда и вышла в прихожую.

Подумав немного, она заглянула под телефонный столик и нашла там сломанную точилку для карандашей в виде зайчика, шарик с бубенчиком, яркий двойной проспект и квитанцию на квартплату – почти совсем целую. Кроме того, под столиком лежали комки рыжей шерсти – кот весной начал интенсивно линять.

Надежда так обрадовалась квитанции, что не стала расстраиваться по поводу шерсти – это дело привычное. Машинально развернув буклет, она замерла на месте. Это не было каталогом кухонной мебели, предложением бытовых приборов или домашних растений. Не было на фотографиях ни садового инвентаря, ни электроинструментов, Надежду не приглашали заниматься танцем живота, не предлагали заказывать суши и пиццу. Тут было другое.

Надежда уселась на кухне и разгладила буклет на столе."

"«Старые песни о главном!» – было напечатано крупным шрифтом.

«Оригинальное название», – усмехнулась Надежда и прочла дальше: «Лидия Сушкова и Владимир Рукавицын споют для вас! Песни пятидесятых годов. Военные песни, романсы, танго и фокстроты. Выполним любые ваши заявки!»

Далее в буклете предлагалось несколько программ концертов с указанием песен. Все это перемежалось цветными фотографиями. На снимках стояли двое – мужчина и женщина. Мужчину Надежда узнала с первого взгляда: это был Владимир Рукавицын, только выглядел он моложе лет на пятнадцать – благодаря фотошопу, разумеется. Женщину рядом с ним Надежда узнала не сразу. С виду интересная такая блондинка, не слишком молодая, даже учитывая возможности фотошопа, и кого-то здорово напоминает. В руках у Владимира была гитара, а на одном снимке широко развернутый аккордеон – ого, он, оказывается, не только поет, но и играет…

Тут Надежда сообразила, что применительно к Рукавицыну можно употреблять только прошедшее время, и помрачнела.

А вот та же женщина отдельно стоит, в руках микрофон, и платье черное, очень открытое, несколько старомодное…

– Да это же радистка Лили! – осенило Надежду.

Ну да, вот и подпись под снимком: «Радистка Лили поет свою знаменитую песню “Лили Марлен”».

Ну да, конечно, вот кого она Надежде напомнила. Лидия Сушкова, знаменитая радистка Лили! «Когда же вышел этот фильм? – задумалась Надежда. – Лет, наверно, двадцать пять назад, а может, и больше… Тогда вообще-то кино снимали так себе, потом, в девяностых, вообще перестали – денег не было.