Брат моего жениха

А эта “Рысева” уколом гордости пронзает сердце.

Рысева Илана. А мне нравится!

До уборной на каблуках лечу так быстро, как могу, а с губ не сползает счастливая, неприлично ярко сияющая и  довольная улыбка. По коже бегут, уже нет, не мурашки, а мустанги, и я едва ли не подпрыгиваю от нетерпения.

Две минуты. Только убрать потекшую от водопадов слез тушь и все, и домой. Сбежим так быстро, как только это возможно.

Однако там, наверху, над нами точно кто-то глумится, потому что наши планы рушатся.

Быстро теперь точно не получится.

Когда перед моим носом уже замелькала дверь уборной, меня резко останавливают."

"Кто-то нагло подхватывает под руку и заставляет обернуться. А когда я поднимаю глаза и утыкаюсь взглядом в неприятное лицо, искаженное ехидной, мерзкой ухмылкой давнего знакомого, с трудом удается подавить желание плюнуть в это самое лицо.

Вот его тут точно не ждали!

Глава 62. Лана

– Санчес? – вылетает фамилия недруга, и я пробегаю взглядом по бывшему одноклубнику Рысева. С той нашей памятной встречи в кафе примерно месяц назад его явно жизнь потрепала. Не знай я, что Чесовец – бывший спортсмен, решила бы, что пьянчуга или наркоман какой-то.

– Иланочка, – одаривают меня очередной улыбкой, а меня накрывает волной отвращения к этому мужчине, что стоит сейчас слишком близко. В нос ударил противный запах немытого тела и дешевых духов. А стоит только вспомнить все его “благодеяния” и “заслуги”, так помимо плевка в лицо хочется еще от души влепить звонкую пощечину.

Радужное настроение моментально трансформируется в ярость, и я выдергиваю руку из цепкого захвата мужчины, чуть отступая.

– Какого черта тебе нужно? – тон ни разу не дружелюбный, а руки сжимаются в кулаки.

Ладно я, но только заметь его здесь Леша…

В общем, не хочу я, чтобы проблемы у любимого человека были из-за этой мерзкой собаки, которая не знает, к какому углу прибиться.

– Как что? Представление пришел посмотреть, – разводит руками мужчина, а в глазах пляшут смешинки. Он явно или пьян, хоть запаха алкоголя я и не чувствую, или одурманен какой-то наркотой. Что делает его в разы опаснее. Такие, как правило, совсем без тормозов.

– Лучше тебе убраться, – говорю, и даже голос не дрогнул, когда Санчес сделал шаг ко мне, попытавшись снова схватить за руку.

– Думаешь?

– Знаю. Если Рысев тебя здесь увидит, места на тебе живого не оставит!

Однако собеседника моя угроза не пронимает. От слова совсем. Он только улыбается и наступает, заставляя меня отступать.

– Убирайся, пока Леша не вышел!

– Какой спектакль, какая любовь! – ухмыляется Санчес. – И ты правда поверила? – морщится мужчина.