Брат моего жениха

– Родители Славы сказали, – отвечаю растерянно, снова прокручивая в голове, как, сидя в аэропорту, “изворачивалась” по телефону в разговоре с тетей Светой, только чтобы узнать проклятую улицу и номер дома ее племянника. Так стыдно мне не было еще никогда. Ну, только если сейчас… смотря в эти будоражащие все внутри глаза и на эту дьявольскую ухмылку, которую так и хочется стереть с лица Рысева, который явно удовлетворен моим ответом. Конечно, еще бы! Моя ложь – прямое доказательство того, что этот индюк все еще мне не безразличен! И он это прекрасно понимает. Я сама ему дала “зеленый свет”... идиотка!

– С кем Ляся?

– С родителями. Пока, – сжимаю ладони в кулаки. Так проще не потерять связь с реальностью.

– А родители думают…?

– Что я вернулась в город по работе.

– А Слава?

– Думает, что я у родителей! К чему ты клонишь, черт возьми?

– Сколько у тебя времени?

– Неделя, – выпаливаю как на духу, покорно отвечая на вопросы и умоляя свой рот заткнуться, потому что с каждым следующим словом улыбка на мужских губах растягивается все сильней и сильней.

– Вот и отлично, – рокочущим голосом сообщают мне.

– Что отлично? – шепчу, понимая, что начинаю сдаваться под его напором. Мужик. Чертов альфа-самец,  который так и давит своей аурой. А со мной-то что такое? Я какая-то больная? Ненормальная? Умалишенная? Почему я так просто сдаюсь ЕМУ! Человеку, который уже однажды предал меня,   которому это ничего не стоило тогда и которому я совершенно точно не нужна буду сейчас.

– Я не отпущу тебя, Лана, – наконец-то отвечает на мой вопрос Леша. – Я же уже тебе сказал. Смирись.

– Что значит, не отпущу? – задираю голову, так как этот самоуверенный индюк подходит все ближе. – Я не твоя игрушка Рысев, я тебе никто, и ты не имеешь…

– Я покажу тебе город, – перебивает мужчина. – Неделя. Я прошу тебя остаться здесь всего на неделю, – говорит он, подцепляет пальцами за подбородок и тут же хмурится. Вторая большая ладонь мужчины аккуратно ложится на мой лоб, и он сводит еще сильнее брови на переносице. А меня буквально шатает от его прикосновений.

– Что?

– У тебя температура. Ты вся горишь, Лана. Как ты себя чувствуешь?

– А ты давно во врачи заделался?! – бью его по рукам, отступая. – Я хочу…

– А я не хочу, – парирует Рысев. – Тем более в таком состоянии ты никуда не поедешь.

– Я не останусь с тобой в одном доме, и мне не нужна нянька.

– Боишься не удержаться, – ухмыляется негодяй, намекая на тот проступок, который мне хотелось бы забыть. И за это получает кулаком в плечо. Вот только для него этот удар, как слону дробина.

– Я останусь в гостинице, отлежусь и, как только полегчает, улечу в Россию, и ты меня не удержишь – рычу ему в широкую спину, потому что Леша, посмеиваясь, грациозно топает обратно на кухню.