Брат мужа

Я никогда даже не думала о том, что могу привлечь какого-то постороннего мужчину, никогда ничего для этого не делала! Совершенно отвыкла от чужого досужего внимания.

И теперь чувствую невероятную растерянность и испуг.

А еще неверие.

Он что, в самом деле сейчас приставал? Предлагал мне секс? Зная, что я замужем, что у меня муж болеет! За стеной лежит!

Это кем надо быть, что такое делать? Это как надо сойти с ума?

Или я сошла с ума и ничего не понимаю?

И его слова про коллекторов…

Если он так сказал, значит, обращаться за помощью, если вдруг они опять придут и будут угрожать, бесполезно?

Или он предлагал свою помощь в разрешении ситуации? За… Секс?

Кое-как поднимаюсь, сажусь на стул, пытаюсь налить себе воды. Руки отчетливо подрагивают. Так и до психоза недалеко.

Вода немного придает сил, я встаю и иду в комнату, к Севе, до сих пор, безотчетно, пытаясь найти у него защиту и спокойствие.

— Сева… — сажусь рядом с ним, на кровать, глажу по груди, щекам. Чувствую, как глазам становится больно и горячо. Слезы опять. — Сева… Посмотри на меня… Пожалуйста…

Муж неотрывно, не моргая даже, глядит в экран, на мелькающие цветные картинки. И мне становится больно в груди. Так больно, что не могу сдержать себя, цепляюсь за его майку, трясу, сглатывая слезы:

— Сева! Сева! Ну очнись! Мне плохо, Сева! Мне так плохо!

Но Сева лишь чуть-чуть вытягивает шею в сторону, потому что я перекрываю ему экран. Мешаю.

Он не слышит ничего, не замечает моих слез, моего отчаяния.

И я перестаю плакать, вытираю слезы, смотрю в его пустое лицо. Где-то там, за этой пустотой, мой любимый.

Я верю, что он там есть, и просто никак не может пробиться ко мне.

И очень надеюсь, что, когда у него получится, я сама еще буду в состоянии нормально воспринимать реальность. Что выживу в этом ожидании.

Внезапный грохот из прихожей выводит из ступора.

Поднимаюсь, иду на звук.

Пару секунд изучаю отлетевшую доску карниза. Ту самую, что вчера приколачивал участковый.

Надо же.

Так ненадежно.

А казалось прибитым на совесть…

9

Новый год наступает неожиданно. Вроде бы вот только-только начало зимы было, снег лишь ложился, а глазом моргнуть не успела — и уже последний день работы. В этом году мы до упора трудимся, хотя какая там учеба в предновогоднюю неделю… Ученики в расслабленном состоянии, на уроках все лениво и отстраненно. И лишь должники лихорадочно бегают на переменах и после занятий, подчищают хвосты за первое полугодие.

От традиционного предновогоднего застолья с коллегами отказываюсь, да никто и не настаивает, зная мою ситуацию.

А знают обо мне все, конечно же. Деньги собирали, помощь от коллектива…

Сочувствующие взгляды — давно уже моя реальность. Новая, такая жуткая, словно затянувшийся кошмар, из которого никак не получается вынырнуть, реальность.