Брат, вспомни все!

И под Сапунова опять же…

— Херня все это! — поморщился Шалман. — Ты мне вот что скажи, почему Брат телку нашу прокинул?

— Примерный семьянин, мать его за ногу… Мы когда Алке хомут на шею вешали, она сразу сказала, что Брата трудно взять. От жены своей он конкретно торчит. И дети опять же…

— Вот куда бить надо, понял? Жена, дети… Через них мужику хребет сломаем…

— Похищение?

— Возни много… Мочить, и никаких проблем.

— Но!.. — попробовал возразить Артюх.

— Достали меня твои обходные пути. Хватит подкопы рыть. Давай прямо бить. Как в старые добрые времена.

— Шуму будет много.

— Лес рубят — щепки летят.

— Под несчастный случай можно сработать.

— Это долго… А Сапунов не дурак. Ты секретутку замочил. Теперь он срубит, что игра крутая пошла. Закроет и Брата, и жену его, и детей… Надо спешить.

— Как скажешь.

— С секретуткой ты лихо управился, не базар. И жену Брата так же лихо сделай… Давай, действуй. Некогда тут базлы точить…"

"Артюх ушел. Он сделает все как надо — Шалман был уверен в нем, как в самом себе. Кого попало он к себе не приближает.

У Артюха под началом полдюжины крутых пацанов. Черти, а не люди. Самого Президента сделают, только пальцем покажи.

Глава третья

Марта собирала вещи. Миша и Валентин выносили чемоданы на улицу. Катенька с детьми уже были в отеле. Устраивались в номере.

Где-то в глубине души кружила тучка недоброго предчувствия. Будто какая-то опасность подкрадывалась издалека. Но Марта как-то не придавала ей значения. Беспокоиться не о чем. Рядом с ней два крепких парня, два профессионала. А потом дети уже в безопасности. Никита тоже под защитой стен отеля. За себя не так страшно…

Она уложила последний чемодан. Все, можно уходить… Но словно бы что-то не пускало ее. Может, она что-то забыла?

Марта села на диван, задумалась. И вспомнила. Да, пистолет. Никита держал его в квартире на всякий случай. Отечественный «ПМ». Когда-то Марта хорошо знала эту систему.

Она добралась до тайника, вытащила пистолет. И бросила его в чемодан с какой-то брезгливостью, двумя пальцами — словно боялась оскверниться.

Теперь осталось застегнуть чемодан… И в это время зазвонил телефон…

* * *Сапунов зашел в кабинет широким шагом. Мрачный как туча. Брови сведены на переносице. Присесть не решается.

— Что там такое? — спросил Никита.

— Я не хотел тебе этого говорить, но… В общем, Аллочки больше нет. Летальный исход…

Никита забарабанил пальцами по столу. Первый признак волнения.

— Кто?

— Вроде сама… Самоубийство.

— Почему вроде?

— Да так я и поверил, что такая сильная и красивая девчонка руки на себя наложит из-за несчастной любви.

— Несчастная любовь — это я?

— Угадал, босс… К тебе еще из милиции придут. С запиской…

— С какой запиской?

— Предсмертное любовное послание.