Брат, вспомни все!

Да и самому жрать надо что-то… Он вдруг понял, что идет на самопожертвование, вроде как из чувства долга. Странно. Другой бы на его месте только рад был бы добраться до этой Лельки. А ему не больно-то и хочется.

Славика оставили за порогом. А Евгений, Лелька и Брат спустились в подвал. Там уже были люди. Они ждали появления бородача. Он был здесь самым главным.

— Как тебя зовут? — спросил у Брата Евгений.

— Не знаю… Я память потерял. Амнезия у меня.

— Ты это серьезно?

— Серьезней не бывает.

— Ну-у, кино бесплатное… Кстати, о кино… Лелька, к снаряду!

Вместе с Лелькой Брат оказался в какой-то комнатушке. Широкая кровать, шкафчик у стены, стул в углу. Дверь закрывалась с внутренней стороны на защелку. Но Лелька не стала запирать ее. И Брату не позволила.

— Евгений должен прийти. Ему нужно посмотреть, какой ты работник… Ну чего стоишь? — спросила она. — Раздевайся.

Она первая стянула с себя куртку, сняла блузку, стащила через голову юбку. Осталась в одних трусиках. Брат и опомниться не успел, как и этот кусок ткани полетел вслед за всем остальным. Все так легко, непринужденно."

"А сам он только свитер успел снять.

— Э-эх ты, недотепа! — вздохнула Лелька. — Придется помочь!

Она подошла к Брату. Стянула с него рубаху, джинсы, даже трусы. Он остался в чем мать родила.

Лелька отошла от него на пару шагов, осмотрела его оценивающим взглядом. И восхищенно:

— Какой ты!

Тело у него крепкое, мускулистое. Атлетическое сложение. Может, он в прошлой жизни очень активно тягал железо.

— Тебе только в сериале сниматься, — сказала Лелька. — «Спасатели Малибу».

Да, о таком сериале он слышал. И даже пару серий просмотрел. Только бы вот вспомнить, где и с кем это было.

— Красавчик ты, а тело у тебя класс! Только… — Лелька разочарованно покачала головой. — Только с пипиком у тебя проблема.

Брат понял, о чем речь. Пипик — это то, что висит у него между ног. Именно висит.

— Непорядок, — с какой-то даже обидой протянула она. — Ты что, не хочешь меня?

— Не знаю. — пожал плечами Брат. — Может, и хочу.

— Что-то непохоже. Слушай, а может, ты волнуешься? — спросила она. — От этого иногда бывает упадок сил.

На слове «упадок» она сделала особое ударение.

— Может, волнуюсь, — снова пожал плечами он.

— А может, и нет, — все так же передразнила его Лелька.

И язык показала. Потом провела этим языком себе по губам. И тут же сделала два шага вперед, опустилась перед ним на колени. И взяла его пипик в руку. Коснулась его языком.

Внутри него что-то всколыхнулось. Мощный прилив крови ударил в пах. И началось…

Никита отступил от Лельки, закрыл свое восставшее хозяйство руками.

— Не надо, — покачал он головой.

Почему не надо? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Лелька очень хороша собой.