Брат, вспомни все!

Он вдруг почувствовал, что сзади к нему кто-то подкрался. Но было уже поздно. Что-то твердое уперлось под левую лопатку. И над ухом прогрохотал чей-то бас:

— Ну чего встал, козляра!.. Двигай вперед, шевели поршнями!..

Деваться некуда. Пришлось идти вперед.

В студии его ждали. Павел Сергеевич собственной персоной. С ним четыре крепко сбитых молодца. Еще двое позади Никиты. А еще Евгений Батькович. Довольный, как жираф. Как же, потеха намечается…

Павел Сергеевич сидел в кресле в дальнем углу съемочного павильона. По обе стороны от него по два бойца. Чуть в стороне порнорежиссер. И Лелька.

В чем мать родила она лежала на траходроме. А там ни покрывала, ни хотя бы простыни, чтобы скрыть наготу.

Никиту ввели в комнату. Все оживились. Авторитет ткнул в него пальцем, пренебрежительно сморщился.

— Этот, что ли? — спросил он у Евгения.

— Он, он…

— Да это козел, которого мы тогда отмудохали, — послышалось сзади.

Значит, Никиту держал под прицелом один из трех уродов, которые Лельку контракт заставили подписать. Не этот ли по яйцам его ударил?

А главный урод вот он, в кресле.

— Этот, что ли, видеть меня хотел? — еще больше скривился авторитет.

— Он, он, — поддакивал режиссер.

— Ты, мандовошка хренова! Кто ты такой, чтобы на меня буром переть? Кто ты вообще такой? Никита молчал. А что он мог сказать?

— Ты чо, совсем борзой, да? — продолжал куражиться Павел Сергеевич. — Ты на кого бочку катишь, козел вафельный?.. Из-за какой-то сучки на меня прыгнуть хотел… Да я тебя, мудила, с дерьмом смешаю!.."

"Авторитет остановился. Как будто набрал дыхание, чтобы продолжить. И спросил у Евгения:

— Так он что, советовал меня по кругу пустить?

— Да-да! Мне даже неудобно говорить об этом…

— Зато мне удобно… Совсем отморозился, выродок. Меня вместо Лельки под мужиков пустить… Ты хоть знаешь, что за такие базары бывает?.. Да ты у меня сейчас сам толпу обслужишь. Я тебя, петушара конченый, научу, как девкой быть… Вареник, давай на контакт этого вафлера!..

Вареник — это «браток», который стоял позади Никиты, мозолил ему спину стволом. И Вареник этот убрал «пушку», двумя руками толкнул Никиту на кровать. К Лельке.

— Они сейчас нас в паре обслужат! — гоготнул кто-то.

— А чо, им это за праздник! — подхватил Вареник.

Опускаясь на кровать, Никита зацепил его взглядом. Точно, как раз тот самый урод. Это он ударил Никиту сначала по кокам, затем в живот, а в завершение головой в переносицу. «Браток» явно уверен в себе. Думает, одной левой управится с Никитой. Даже «пушку» за пояс брюк сунул. Вроде как ненужная сейчас вещь.

— Ну чо, придурок? — прогрохотал «браток», который стоял рядом с Вареником. — Давай, скидавай штаны, булки кажи…

И этот без «пушки». Где-то под курткой «ствол» спрятан. Или вообще нет его. Зато у Вареника вот он, на виду.