Бубен Костяного принца

С соответствующим оформлением документации об изъятии…

- Как с оформлением? Зачем документация? – Ольха заговорила заискивающе, - Что ж чернила переводить из-за такой малости?

Она откинула дерюжку, которой был накрыт ящик с куреневыми брусками.

- М-да, - таможенник кисло оглядел бруски, он явно рассчитывал на большее, и, не скрывая досады, добавил, - Что же вы девушка каких-то огрызков набрали будущему жениху? Вы бы его этим только расстроили. Ничего путного, кроме кухонных ножей из этого не получится.

- Вы так думаете? – ахнула Ольха в притворном расстройстве.

- Уверен, - таможенник смягчился, - Ладно уж. Заберу без оформления. Вам все равно придется сходить на берег, отметитесь на пограничном посту. А заодно посетите базар, обязательно там для женишка что-нибудь путное присмотрите.

Таможенник высунулся из трюма и позвал одного из своих сопровождающих. Молодой боец резво спустился в трюм и, будто так и надо, сцапал ящик с куренью. Он уже было двинул на выход, но вдруг обернулся:

- Я вот чего не понял, - он подозрительно прищурил один глаз, - Едете вы барышня к женишку. А сами в потрепанной походной одежде. Для смотрин нарядец-то не особо подходящий…

«Зараза, - промелькнула у нее мысль, - и откуда берут таких молодых-ретивых…» В трюме повисла густая тишина. Иван Егорович строго наказал, вещи, которые собрали для Ольхи, оставить рядом со входом на видном месте, но она запихала ненавистный сундук «с приданым» в самую глубину. И теперь своим дурным упрямством она поставила и себя и парней на грань провала.

- Сундук там, за веревочными бухтами.

Вся ее так тщательно продуманная легенда летела коту под хвост. Она и сама понимала, насколько подозрительно это выглядит в глазах таможни: молодая девушка запрятала наряды в такой дальний угол, что к ним не пробраться. Ретивый да старательный молодой боец, уже карабкался по тюкам вглубь трюма, подсвечивая себе монетой. Все то время, пока он лазил и осматривал сундук, старший таможенник смотрел на нее подозрительным внимательным взглядом.

- Ну что там? – крикнул он молодому, - Есть наряды?

- Так точно, есть. Цельный сундук тряпья, - послышался ответ.

- Ай-я-яй. Барышня, барышня, - неодобрительно покачал головой таможенник, - Отец вам товар доверил, рассчитывал, что его вы будете беречь пуще глаза. А вы только за наряды свои трясетесь, спрятали от глаз подальше как самую большую ценность. А кому еще они нужны кроме вас? Ай-я-яй."

"Бравая таможня покидала трюм и уносила ящик с куренью, прожигая ее укоризненными взглядами. У Ольхи не осталось сил даже в мыслях им попенять, что это вообще-то неприлично, выставить девушку виноватой, чтобы прикрыть собственный грешок. Ведь не просто так они не стали заполнять бумаги на конфискованную курень.