Будь моей ведьмой

В вашей реальности инквизиция получила власть в Средние века, большинство ведьм истребили, те, что сохранились в славянской культуре, научились скрываться настолько качественно, что ни одного храма Гекаты я обнаружить не сумел. В двадцать удалось выйти на группу местного Мастера. Тогда еще не твоего Георгия Денисовича.

— Он не мой, — вставила я.

Муж потянулся, нежно поцеловал и продолжил:

— Меня определили как мага, начались задания, одно за другим, я сумел показать, на что способен, и внедриться в верхушку, но… храм не нашел.

— Зачем нужен был храм? — тихо спросила я.

— Храм — энергетически наполненное место, Маргош, — объяснил Стужев, — как выделенная линия телефона, а мне нужна была именно Геката, ведь ведьмы идут по пути, не осознавая направления. Так что мне нужна была Геката, и только она.

Я обвила его шею руками, уместила голову на плече и молча ждала продолжения.

— Найти удалось случайно, — продолжил Стужев, — преследовали ведьму в Черногории и обнаружили пещеру на вершине горы. Маленькую такую, словно не тронутую рукой человека, и остальные даже не сообразили, что это.

Я понял сразу. И ночью, умыкнув схваченную ведьму, вернулся с ней в храм, заставив воззвать к покровительнице. Не знаю, кто удивился сильнее — Геката, которую в кои-то веки призвали, или ведьма, обнаружившая, что у нее имеется божественное покровительство.

— Ничего себе! — только и сказала я.

— Да, было забавно, — улыбнулся Стужев. — На фоне некоторой растерянности Гекаты мне и удалось договориться, правда, она потом отошла от шока и внесла свои требования.

— Шесть ведьм? — догадалась я, вскинув голову и глядя на него.

— Догадашка. — Князь наклонился и чмокнул в нос.

А я смотрела на него и с возмущением, и с непониманием… и со слезами даже. Потому что звучит красиво — «шесть ведьм», а мы оба понимаем, что за этими словами кроется.

— Ритусь, — осторожно погладил по щеке, — извини, раскаяния не будет.

— Ну и сволочь же ты! — не сдержалась я.

— Ты знала, кому «нет» в ЗАГСе орешь, — весело ответил он.

— Так не подействовало же! — напомнила с неменьшим возмущением.

— Естественно, не подействовало, я же сволочь, — с самым невинным выражением произнес Стужев.

Хмуро смотрю на няшку, на мне женатую. Няшка нагло улыбается в ответ. Так нагло-пренагло.

— В общем она скинула на тебя деятельность по поиску ведьм, потому что ты сволочь? — поинтересовалась я.

— Нет, — улыбка стала еще шире, — потому что я редкостная сволочь.

— Надо завести Красную книгу сволочизма России. — Молчать не в моих правилах.

— Маргош, тормози. — Ухмылка у мужа стала какая-то коварно-самодовольная.