Дракон коварный, одна штука

"

"И я подчинилась. Забралась в полость, улеглась там как могла, потом пронаблюдала заползание в «колыбель» Янтарчика. Он тяжело ввалился, улёгся мне на ноги, придавив своей очень даже материальной тушкой, и в итоге задал ну очень «своевременный» вопрос:

- Кстати, тебе в туалет не надо?

- Да уж потерплю как-нибудь, - буркнула я.

Янтарный дух кивнул и прикрыл глаза, а я принялась разглядывать место, которое надеялась покинуть как можно скорее - всё-таки неприятно лежать в камне, даже если он полупрозрачный.

Вездесущие световые шарики проникли и сюда, поэтому видно было неплохо. Прожилки, грани разной степени остроты, кое-где мелкие пузырьки воздуха, другие не очень понятные вкрапления.

- Слушай, а это что? - спросила я, протягивая руку вверх.

Чётко над нами просматривалась ещё одна полость, но совсем небольшая, размером со страусиное яйцо наверно. Там лежало нечто непонятное и любопытное. Я хотела прикоснуться сквозь хрусталь, но…

- Эй, стоп! - неожиданно жёстко рявкнул дух. - Руки!

Я тут же убрала.

Уставилась на Янтарчика с опаской, а тот шумно вздохнул и вернулся в обычное благодушное состояние. Сказал после паузы:

- Знаешь за что я тебя люблю, Алиса? Ты не лезешь куда не надо. Куда пока не надо, тоже не лезешь.

Сомнительный комплимент, и слова сомнительные. Пока? То есть позже мне позволят? А если позже я не захочу?

- Всё. Хватит, - сказал Янтарчик и опять прикрыл глаза. - Начинаем.

Я кивнула и ощутила, как внутри поднимается паника. Просто вспомнилось обещание, что будет больно, а заодно подумалось - вдруг я вообще умру? Вдруг магия меня не примет? Размажет, выплюнет и привет?

- Расслабься, Алиса.

Я попыталась, и у меня, как ни странно, получилось.

- Всё, - повторил дракоша. - Вперёд.

Рагар

День близился к концу, а настроение падало всё ниже. Причём падение было настолько нелогичным, что вызывало желание зашипеть.

Ведь всё шло хорошо. Никаких очевидных проблем. С самого утра я был по уши завален делами, и даже успел смотаться на полигон, чтобы поднять боевой дух слегка озверевшим кадетам. Заодно натравил на них рылабрюхов… И отметил четверых, кого нужно исключить.

Я был занят настолько, что места для лишних мыслей не оставалось, но образ Нежного всё равно проскальзывал.

Сначала я злился, а потом расслабился в надежде, что это поможет – мол, лишнее сопротивление лишь усиливает атаку, а если успокоиться, то всё пройдёт.

На какое-то время действительно помогло. Я расправил плечи и задышал свободнее, но едва наступил вечер неприятные ощущения вернулись. Нервозность усилилась, скрутилась в тугой жгут, сдавила лёгкие и горло.

Я не скучал по Нежному. Всё было гораздо удивительней – я беспокоился.