Будешь моей (СИ)

— Ты чего там устроила возле института?

— Я устроила? Я ни в чем не виновата! Не знаю кто и что вам донес, но все точно было не так… Лейла! — замечаю сестру Ратмира. Та стоит у дверей кухни и жует зеленое яблоко. — Расскажи, как все было! Ты же все видела.

— Видела, да, — вальяжно шагает к нам. — Например то, как ты накинулась на бедную Милану просто за то, что она случайно тебя задела.

От принесенных ею слов я буквально впадаю в ступор.

Смотрю ей в глаза и пытаюсь заметить в них хоть каплю стыда, но его в них нет, потому что этой девчонке неведомо, что это такое.

— То есть это ты рассказала тете Тамаре, да? Вот от кого она все узнала.

— Ну да, я. А что такого? Мама спросила как прошел день, не могла же я скрыть, — невинно хлопает ресницами, а сама всеми силами пытается спрятать улыбку.

— Как не стыдно тебе, Анна? Ты скоро будешь носить нашу фамилию и еще даже не примерив ее уже нас позоришь? — и без того постоянно недовольное лицо становится еще более злым. — Я не ожидала от тебя такого. Накинулась на бедную девочку ни за что! Как мне теперь людям в глаза смотреть?

Стиснув зубы, снова перевожу взгляд на бессовестную стерву-сестру.

Та, вытянув средний палец, словно между прочим почесывает им бровь. Откровенно глумится.

— Все было не так, — упрямо цежу сквозь зубы. — Та Милана — она первая начала. Я ее не трогала.

— А Лейла утверждает обратное!

За моей спиной открывается дверь, не успеваю вовремя отойти и ручка больно ударяет по пояснице.

Входит Ратмир и, нахмурившись, смотрит на всех нас по очереди.

Я не знаю, куда он утром увел Милану, что именно ей сказал, но в течении дня она ко мне больше не подходила и никак не трогала.

— А вы чего тут?????????????????????????

— Поговори со своей будущей женой, Ратмир, — назидательным тоном произносит женщина.

— Она ведет себя неподобающе. Знаешь, что она устроила утром?

Перевожу пристальный взгляд на Юнусова, а он переводит на меня.

Он знает, да. Знает как никто.

Ну же, расскажи как все было. Покажи шкалу своей подлости.

Если он поддержит свою сестру, я никогда не прощу ему этого. Хоть он, конечно, в прощении моем и не нуждается.

— Ратмир, ты же все видел, — подает голос Лейла, явно намекая, чтобы брат перешел на ее сторону. — Я сказала, что Аня сама накинулась на Милану, а она, — брезгливо кивает на меня, — сказала, что я вру!

Юнусов в очередной раз обжигает меня черным взглядом.

— Не вмешивайте меня в свои разборки, — скинув кожаную куртку, поднимается наверх. И когда я уже окончательно ставлю на нем мысленный крест — как на мужчине и человеке, он добавляет, не оборачиваясь: — И она на нее не кидалась.

— Кто на кого? Анна на ту девочку или наоборот? — переспрашивает тетя Тамара, задрав голову наверх. — Ратмир!

Но тот скрывается наверху, не удостоив мать ответом.