Чужой ребенок

— Потому что сам тебя бросил, а сам пялится все время!

Я ловлю нехилый шок сразу по нескольким причинам: Ванька в курсе, что у меня были отношения в Димой, он почему-то считает, что Дима меня бросил, и вообще… Ребенку десять лет! Какая наблюдательность и осведомленность!

— Это откуда ж ты знаешь про нас с Димой?

— Да все знают, — усмехается он, — и сменщица твоя болтала, что Димка тебя кинул, потому что страшная и вся в татухах, а баба должна быть белая и гладкая… А я ей сказал, что белые и гладкие бывают свиньи, а у девушки не в этом красота…

— А-а-а-а…

— А она сказала, что я — дурак и ничего не понимаю, а я сказал, что она сама дура, и Дима этот хряк педальный, дальше носа своего не видит, и потому пусть таких, как она, свиней тр… То есть, обхаживает… А в твою сторону пусть даже не смотрит!

Я все это время сижу с раскрытым в шоке ртом, даже не представляя, как регировать.

А Ванька, сделав паузу для того, чтоб выкинуть изжеванную травинку, торжественно и мрачно договаривает:

— Я вырасту и сам на тебе женюсь.

Все. Концерт окончен. Занавес.

Глава 26

— Ань, я тебя, конечно, прикрою, но это никуда не годится… У меня свои планы, так не делается… — голос сменщины занудно рвется из динамика, заставляя меня морщиться и , в итоге, прервать ее:

— Зой, я тебя хоть раз просила? И сколько я тебя выручала?

Зойка замолкает, видно, все же совесть не до конца убита, потом вздыхает:

— Выручала, да… Я же не отказываюсь… Просто предупреждать надо заранее, а не прям в конце смены! Я тебя всегда предупреждала!

Мне хочется напомнить ей пару случаев, когда не предупреждала, даже не звонила, а просто тупо не являлась на работу, потому что накануне жестко переборщила с отдыхом и даже капельница не сумела бы поднять зомби к работе… Хочется, но молчу.

Начну выговаривать, Зойка закусится, и будет конфликт, а мне этого сейчас вообще не нужно.

— Ну прости, — примирительно бормочу я, поглядывая на выразительно закатившего глаза Ваньку, — так получилось…

— Так получилось у нее… — ворчит Зойка, но затем сменяет гнев на милость и соглашается подменить меня сегодня на работе."

"Я, несмотря на выговаривание сейчас и сто процентов в будущем, ей благодарна, потому что вторая смена подряд, особенно, если ты к ней морально не готовилась и планировала отдыхать и отсыпаться, настраивалась на это, дикая тяжесть для организма.

По себе знаю.

Прощаюсь, отключаюсь и, под напряженным Ванькиным взглядом, набираю еще один номер. Хорошо, что в свое время я его наизусть выучила… И до сих пор помню… Зачем-то.

Дима отзывается сразу.

— Дим… Это Аня, привет. Можешь говорить?

Дима что-то бормочет, затем, судя по звуку, выходит из помещения и говорит уже свободно:

— Да, слушаю.