Две занозы для босса

– Я еще не начинала, – и откуда во мне взялась эта дерзость?

– И не стоит. Итак, Маргарита, как вас по отчеству?

– Ой, да не пугайте меня, не стоит мне привыкать к отчеству, молодая я еще.

– Как скажете. Так вот, я предлагаю вам сделку: вы сидите с моей чудной дочерью и милым псом, – Вишневский указал на довольную и пакостную морду пса, что теперь терзала ремешок от сумки. Я стерла скупую слезу и проводила ее в последний путь. – Получаете приличный гонорар, проводите время в чудесном месте на берегу реки, загораете и лопаете фрукты за мой счет.

– А после?

– Что после?

– Я не буду вашей секретаршей, у Дороховой это получается лучше.

– Это шантаж? А вы, Маргарита, не такая простая, как кажется. Блондинки все хитрые?

– При чем тут все блондинки?

– Проехали. Так что вы хотите?

– Двенадцатый этаж.

– Ого, у вас есть амбиции, мне нравится.

Вишневский тогда сощурил глаза, поправил челку, упавшую на лоб, оперся о дверной косяк. В простой черной футболке, облегающей широкие плечи, и джинсах он выглядел иначе, даже засмотрелась, но что там у него за татуировка, так разглядеть и не смогла. А вот что у него серые глаза, густые ресницы – это я запомнила, но этого делать категорически нельзя было. Мне вообще сейчас не стоит думать о мужчинах.

Мой ответ, что я хочу, был ходом ва-банк, мама говорит, надо быть хитрой, самое время для этого. Сказала, а сама думала, сейчас пошлет меня, но только улыбнулся, у меня сердце дрогнуло, так явно это почувствовала.

Ну, нет, только не хватало в него влюбиться. Он даже не в моем вкусе.

– Я подумаю.

– Всего лишь подумаю?

– Да, подумаю, как это провернуть. Так что, согласны?

Если бы он сказал «нет» и назвал меня «чокнутой», я бы согласилась, потому что не могу бросить этого ребенка, а вот что будет после двух недель, не знаю.

– Да, но это не ради вас, а ради Софии.

Так начался мой путь по карьерной лестнице на двенадцатый этаж офиса «НефтьСтройИнвест». Метод я от мамы утаила, не могу предугадать ее реакцию, пусть она думает, что я выветриванию Эмиля из головы на свежем воздухе, а не сижу в офисе, съедая себя мыслями о нем. Хотя одно другому не мешает.

С деньгами вот вышло нехорошо. Меня словно купили, а продаваться – хоть и за такие суммы – я не стану, у меня есть фиксированная заработная плата и, кстати, не такая и маленькая, как утверждает мама. Деньги надо будет вернуть при встрече.

Через час стояния в пробке на выезде из города и еще получаса пути мы наконец свернули с трассы на абсолютно ровный асфальт, миновали табличку с названием «пос.Лесной», проехали через шлагбаум с пунктом охраны, как в аэропорту, а потом я открыла рот и закрыть его была уже не в силах.

Дачи.

Ну, если у них это «дачи» то я точно Мэрилин Монро.