Две занозы для босса

Я даже не пытаюсь сопротивляться, у меня нет на это сил, потому что меня не спрашивают, а просто целуют, сминая губы, прижимая к себе, так по-мужски, по-собственнически.

– Хотел это сделать все утро.

– Но…

Одна фраза, глоток воздуха и снова поцелуй. Руки уже скользят по влажной коже, а если он продолжит, то именно в этой душевой произойдет необратимое.

– Папа, папа!

– Софи?

– Софи!

Говорим одновременно, глядя уже испуганно друг другу в глаза. Михаил все еще обнимает меня, закрывая ногой дверь, не давая девочке войти.

– Она была внизу, я видел. И как только успела так шустро прибежать? – мужчина шепчет, а сам смотрит на мои губы.

– Папа! Маргарита! Вы куда все делись?

– Не хотелось бы тебя отпускать, но придется.

– Надо выйти, – шепчу.

– Ты хочешь прямо так? – Вишневский передразнивает мой шепот.

Быстро отталкивая мужчину, прикрываясь полотенцем, а сама краснею так, что чувствую сама.

– Папа, ты там? – стук в дверь.

– Да, Софи, что случилось?

– Там какая-то тетя.

– Какая еще тетя?

– Тетя приехала, она в телевизоре, стоит за воротами.

Миша улыбается, подмигивает, выходит, начиная расспрашивать дочь о неизвестной тете. А я, выдохнув, смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Глаза горят, губы зацелованные, вид ошалелый и… счастливый.

Что он сказал? Что хотел это сделать с утра? Хотел поцеловать? Поцеловать меня? Цветкова, ты влипла. Сама того не понимая и не зная, влипла и влюбилась в собственного шефа.

Вытираю волосы, прикрывшись полотенцем, выглядываю в комнату – никого нет, бегу до гардеробной, надеваю футболку, трусики и шорты прямо на влажное тело. Сама улыбаюсь, а внутри порхают бабочки. Надо позвонить маме, но где в последний раз видела свой телефон, не помню.

А еще интересно, что за тетя там приехала?

Глава 24

Вишневский

– Мишенька! Какое счастье, что я тебя нашла, и ты дома. Ты не представляешь, что со мной приключилось за это время! Эти перелеты, аэропорты, отвратительные таксисты. Я так устала. Я так вымотана. Ты просто себе не представляешь.

Кристина бросает чемодан у крыльца, стуча каблуками, поднимается по ступенькам, заходит в дом, кидается на шею. Тут же отстраняется, морщит носик.

– Ты почему мокрый, что-то случилось? Что с тобой происходит? Я тебя еле как нашла. Почему ты дома? Мы уже точно никуда не летим? – Кристина скривила пухлые губы, собираясь заплакать."

"Если я сейчас задам вопрос, зачем она сюда приехала, буду выглядеть весьма глупо. И так понятно, что она соскучилась не по мне, а по моим деньгам. И что на отдыхе ей пришлось бы расплачиваться за все самой. А я-то уже успел забыть про существование некой Кристины в моей жизни, потому что за эти сутки столько произошло. И моя няня Цветкова вытеснила всех Кристин вместе взятых из моих мыслей.