Другая Сторона. Том-20. Средоточие
Добраться до центра мертвого кластера гораздо сложнее, чем закрепиться у границы. Особенно, если в центре помнят и с нетерпением ждут разрушителя Бурана…
— Хотя скрывать мне нечего, все равно ты сам скоро все узнаешь… Каркас продается замечательно.
— Сколько берешь за операцию? — деловито спросил Алекс.
— До двенадцати тысяч доходило!
— Ого! А я продешевил. Всего за три продаю. Причем это цена в кредитах чужих маяков.
— Не расстраивайся. Три тысячи – это хорошая цена на старте. Мы тоже пару дней демпинговали, даже бесплатно делали операции, пока великие школы не распробовали новую технологию. Без рекламы никуда! Зато теперь снимаем сливки, — улыбнулся во весь рот Ренген, но тут же вздохнул и произнес: — Правда, эти благословенные времена недолго продлились.
— Почему?
— Все больше и больше энергетических хирургов начинают делать Каркасы. Причем не наших. Нашелся один умелец, удешевивший технологию… Подлец отказался скрыть технологию. Наоборот, начал ею торговать вовсю!
— Что за способ? — заинтересовался Алекс.
— Использует особую сыворотку из гороха. Она действует как катализатор.
— Воистину, мир адептов непредсказуем!
— И не говори… к счастью, качество у него получилось не очень, но нижний сегмент у нас отняли.
— Хм… конкуренты это, конечно, плохо. Зато больше не придется беспокоиться о секретности… А как часто нужно обновлять Каркасы с этой новой сывороткой?
— Самые дешевые держатся всего пару недель, а у некоторых криворуких хирургов – пару дней, — усмехнулся Ренген. — Дальше Каркас нужно «ремонтировать».
— Как и броню. Однако хорошая броня обходится гораздо дороже двенадцати тысяч, — протянул Алекс.
— Во-первых, мы уже не двенадцать тысяч берем. Это была максимальная цена. Сейчас наш потолок – пять тысяч. А во-вторых – из-за появления Каркасов стоимость брони на рынке сильно просела, чем производственные гильдии крайне недовольны. Так что будь готов выслушивать претензии от знакомых мастеров.
— Я тут при чем?
— Ты же автор технологии.
— Переживу как-нибудь, — спокойно произнес Алекс.
— Ты-то, может, и переживешь.

















