Другая Сторона. Том-20. Средоточие
Добраться до центра мертвого кластера гораздо сложнее, чем закрепиться у границы. Особенно, если в центре помнят и с нетерпением ждут разрушителя Бурана…
Вот Каора, как дальновидный лидер, и хотела компенсировать этот недостаток новым влиянием, связями и деньгами…
Демонстрацию возможностей арены она собиралась провести в конце поединка, показательно изменив реальность. Это должно было убедить трех Губернаторов и трех Арбитров, а также прочих важных гостей в ценности союза с Мягкой Землей, а там… в будущем можно было рассчитывать на разные интересные варианты. Может, даже на место Губернатора, если Ноколоса совсем занесет. Но это были совсем далеко идущие планы…
В любом случае, одержимый был, скорее, украшением дня и поводом собраться.
Однако потом все пошло не по плану, и реальность пришлось менять уже не ради демонстрации арены, а ради спасения собственной репутации. И еще неизвестно, удалось ли…
С трибун за спиной, где сидели члены ее школы, раздался рев: чемпионы и защитники радовались победе своего лидера, но Каора не обольщалась.
Что это за главный защитник, который не может справиться с чемпионом?!
«Да они уже перемывают мне кости», — недовольно подумала она.
Каора понимала, что ее ждет новая борьба за власть. Сама по себе конкуренция ее не смущала – она давно к ней привыкла, но ее возможности точно снизятся.
Единственное утешение – Черный Хирург достанется ей даже быстрее, чем она ожидала. Как и клиника, и лучший аналитик на маяке – Мирам. Теперь она точно их получит. Это сгладит негативные впечатления от поединка…
Одобрительные крики вдруг стихли.
«Рано они успокоились, — скривилась женщина.
Но тут она заметила свечение в центре арены. В том месте, где умер Враг. А потом… потом в воздухе возникла знакомая фигура."
"Сердце Каоры учащенно забилось, что происходило лишь в моменты сильной паники.
— Нет… — прошептала она, обращаясь к арене через управляющий артефакт.
К счастью, внутри по-прежнему царила Сила Материи, подавляя все остальное, но сколько бы Каора ни пыталась развеять Врага, тот не желал исчезать.

















