Буря мечей. Пир стервятников

Он был восьми футов росту и такой сильный, что вырывал сосны с корнем одной рукой и метал на полмили. Ни один конь не мог его выдержать, поэтому он ездил на зубре.

— При чем он к твоей тайной бухте?

— Жена его была лесной ведьмой. Как сир Кларенс, бывало, убьет кого, так несет его голову домой, а ведьма поцелует ее в губы и оживит. Там у них и лорды были, и колдуны, и знаменитые рыцари, и пираты. Даже один король синедольский. И все они давали Крэбу советы. Лишенные тел, громко говорить они не могли, зато никогда и не умолкали. Чем еще головам заниматься, как не болтать? Вот замок Крэба и прозвали Тараторками.

Да и посейчас так зовут, хотя он вот уж тысячу лет как разрушен. Уединенное место. — Дик сжал кулак и отправил дракона погулять по костяшкам. — Тоскливо ему одному-то. Вот кабы десять…

— Десять драконов — это целое состояние. Хочешь и меня обдурить?

— Ни в коем разе. А вот проводить к дураку могу. — Дракон проплясал обратно. — В самые Тараторки, миледи.

Бриенне не нравились его игры с монетой, однако…

— Шесть драконов, если найдем мою сестру, два — если одного дурака. А не найдем никого, так ни с чем и останешься.

— Будь по-вашему. Шесть так шесть.

Слишком уж быстро он согласился. Бриенна сжала ему запястье, не дав прикарманить дракона.

— Смотри же. Если считаешь меня легкой добычей, то зря.

Крэб потер руку.

— Тьфу ты пропасть. Больно.

— Извини. Моей сестре тринадцать лет. Я должна найти ее, пока…

— Пока какой-нибудь рыцарь до нее не добрался. Как не понять. Считайте, что она спасена. Дик-Пройдоха теперь ваш с потрохами. Встретимся у восточных ворот, как светать станет. Мне еще лошаденку себе надо достать.

Сэмвел

Море сделало Сэмвела Тарли зеленым.

Дело было не только в том, что он боялся пойти ко дну, хотя он, конечно, боялся, но и в качке.

— Живот — мое слабое место, — признался он Дареону в день их отплытия из Восточного Дозора.

— Оно и видно, Смертоносный, вон ты как его раскормил, — ответил певец, хлопнув его по спине.

Сэм старался держаться храбро, хотя бы ради Лилли, которая еще ни разу не видела моря. После бегства из Замка Крастера им встречались озера, и она даже им дивилась. Когда же «Черный дрозд» отчалил от пристани, она начала дрожать, и по щекам у нее потекли слезы. «Боги милосердные», — без конца шептала она.

Первым скрылся из глаз Восточный Дозор, а там и Стена стала уменьшаться и наконец пропала совсем. Поднялся ветер. Серые паруса цветом напоминали вылинявший от частых стирок черный плащ, а Лилли побелела от страха. «Это хороший корабль, — втолковывал ей Сэм. — Не надо бояться». Но она прижала к груди ребенка и поскорее спустилась вниз.

Сэм, вцепившись в планшир, стал следить за взмахами весел — они так слаженно и красиво двигались, притом лучше было смотреть на них, чем на воду.