Буря мечей. Пир стервятников

 — Засвистел раскручиваемый кистень. Выбери одного, сказала себе Бриенна. Выбери и убей, только быстро. Брошенный непонятно откуда камень угодил Шагвеллу в голову, и Бриенна, не раздумывая, кинулась на Тимеона.

Он был посильнее Пига, но его короткое метательное копье не могло соперничать с валирийской сталью. Никогда еще Бриенна не действовала с таким проворством. Верный Клятве в ее руках казался живым. Дорниец успел ранить ее в плечо, но она тут же отсекла ему ухо и половину щеки, а затем, пробив кольчугу, вогнала добрый фут стали ему в живот.

Он еще пытался бороться, когда она выдернула меч.

По желобкам на клинке текла кровь. Тимеон, ощупав свой пояс, вынул кинжал, и она отсекла ему руку, подумав: это тебе за Джейме.

— Смилуйся, Матерь, — выдохнул Тимеон. Кровь хлестала у него изо рта и перерубленного запястья. — Кончай. Отправь меня назад в Дорн, проклятая сука.

Она исполнила его просьбу."

"Оглушенный Шагвелл стоял на коленях, нашаривая кистень. Когда он поднялся на ноги, его стукнул по уху еще один камень. Подрик влез на разрушенную стену и стоял среди плюща, держа наготове третий.

— Я ж говорил, что умею драться! — крикнул он.

— Сдаюсь, — пытаясь уползти, завопил дурак. — Не трогайте Шагги. Грех убивать такого забавника.

— Ты ничуть не лучше их всех. Ты грабил, насиловал и убивал.

— Да, врать не стану… зато я смешной. Парни от моих шуток животики надрывают.

— А женщины плачут.

— Тут уж я ни при чем. У вас просто нет чувства юмора.

— Копай могилу. Здесь, под чардревом, — показала мечом Бриенна.

— Чем? Лопаты-то нет.

— У тебя есть руки. — На одну больше, чем вы оставили Джейме.

— Стоит ли трудиться? Оставь их воронам.

— Ворон накормят Тимеон и Пиг, а Дик-Пройдоха ляжет в могилу.

Он Крэб. Это его вотчина.

Земля размякла от дождей, однако дурак рыл могилу до самого вечера. Он справился с этим затемно, до крови ободрав себе руки. Бриенна спрятала в ножны Верного Клятве и понесла Дика Крэба к яме. На его лицо страшно было смотреть.

— Прости, что не доверяла тебе. Я разучилась верить кому бы то ни было.

Дурак мог бы еще попытаться, подумала она, опустившись на колени у края могилы, я как раз повернулась к нему спиной.

Она не ошиблась. Его хриплое дыхание раздалось у нее над ухом за миг до того, как Подрик предостерегающе крикнул.

Шагвелл занес над ней острый камень, но у нее в рукаве имелся кинжал.

Нож почти всегда оказывается сильнее камня.

Бриенна отбила в сторону его руку и вонзила лезвие ему в живот.

— Смейся теперь, — приказала она, но он застонал. — Смейся. — Она схватила его за горло одной рукой и еще раз пырнула в живот. — Смейся же! — Она повторяла это, пока ее рука до запястья не покраснела от крови и запах дураковой смерти не встал поперек горла, но Шагвелл так и не засмеялся.