Бытовик в действии (СИ)

Из своей прошлой жизни я уяснила одно – когда люди ведут себя так, значит они сами замешаны в ситуации. Раз губернатор юлит, да ещё и других людей подавляет своим статусом – это точно не к добру!

Наш палаточный лагерь был разбит на околице Ноиля.

Выпускники зажгли костры. Вместе со свитой сейш Хильсадара нас в общей сложности было около сорока человека, так что пять котлов свежего рагу вполне должно было хватить.

Готовить вызвались девушки из деревеньки, раздражающе хихикающие.

К ужину магистры и принцы обещали вернуться. Сейчас они были заняты опросом свидетелей нападения. Жертв, как вы понимаете, в живых некрос не оставлял. Разве только их останки.

Я с любопытством изучала взглядом лица жителей деревни. Зеваки отвечали мне взаимностью. Некоторые, самые молодые, даже пальцем в меня тыкали, священным шёпотом переговариваясь:

– Это точно она…

– Да ладно!

– Я тебе говорю! Это красная… Я о ней читал в «Сенсациях Уграса»! Она… Она…

– Её ещё назвали «Воскресшей легендой»!

«Только этого мне не хватало!» – мрачно подумала, опуская взгляд.

– А вы уверенны, что это именно она? Вот там тоже драконица ходит. Ещё и с красными волосами. Так может…

Фиона возмутилась.

И у меня случился бесконтрольный оборот.

Благо, что я сидела достаточно далеко от костров и палаток, а то могла легко смести труд шестикурсников!

Деревенская малышня восторженно заохала у покосившегося плетня.

Чтобы мой достаточно болезненный оборот не выглядел оплошной ошибкой, я поднялась в небо и пролетела несколько кругов над городом, деревенькой и даже лесом, из которого мы вышли не так давно.

И не зря!

Когда приземлилась, поморщилась от накатывающей боли. Но надо признать, с каждым оборотом она притуплялась. Ещё несколько десятков раз, и от неё совсем следа не останется. Думаю, мне не придётся оборачиваться сто раз.

– Обязательно надо покрасоваться? – не удержалась от едкого замечания Золтана.

– Не сглатывай, – посоветовала целительнице с усмешкой, направляясь к самому большому шатру.

– Что?

– Не сглатывай, говорю. Собственным ядом подавишься. Некоторые считают, что яд, вызванный чувством зависти, наиболее опасен.

– Дрянь…

– … в зеркале увидишь, – отмахнулась от Сафер, в некотором смысле радуясь, что прежняя Золтана вернулась. Видеть рыдающей ту, которая тебя чуть не отравила, пусть и не смертельно, было очень тревожно.

– Лиля… – из шатра быстрым шагом вышел Райлан. – Что-то случилось? Почему ты обернулась?

– Я нашла некроса.

Сетующие на неразговорчивость свидетелей мужчины резко оборвали разговор, выходя следом за Райланом.

– В смысле? – вытаращил глаза Азур. – Где нашла?

Улыбнувшись, пожала плечами и указала на кружащиеся над кронами деревьев чёрные точки.

– Эти птицы… Они – падальщики.